Впереди простиралась вересковая пустошь - туда-то и направились охотники.
Раскрасневшись от вожделения и верховой езды, Карен скакала рядом с маркизом, ощущая пожар в промежности и подставляя горячее лицо свежему морскому ветру. Ей было необыкновенно хорошо, так, словно бы она попала в волшебную страну, о которой давно втайне мечтала. Ощущение необычности, даже нереальности всего происходящего с ней нарастало с каждой минутой. Она не пыталась найти всему этому логическое объяснение, уверовав в то, что так угодно провидению.
Эта уверенность усилилась, когда они поравнялись с гранитной насыпью, происхождение и назначение которой оставалось загадкой на протяжении тысячелетий.
– Легенда гласит, что здесь обитают черти, - сказал Мэллори. - Вам не страшно, мисс Хейуорд?
Если ей и было страшно, то лишь потому, что она опасалась не совладать с вожделением и отдаться Мэллори прямо на лошади. Клитор терся о луку седла, влагалище взмокло от соков, терпение покидало ее, плоть требовала удовлетворения. К счастью, Мэллори выпустил в свободный полет сокола.
Наблюдая за этой сильной и ловкой птицей, Карен отвлеклась от похотливых мыслей.
Как ни странно, она поймала себя на подозрении, что Лейла интуитивно почувствовала в ней соперницу и ревнует к хозяину. Наблюдая, как ласково обращается он с птицей, Карен поняла, что он в ней души не чает. Если бы Лейла узнала, какие чувства обуревают Карен, она бы выклевала сопернице глаза, впилась бы когтями ей в горло, выпила бы всю ее кровь. Ведь недаром Мэллори просил Карен не смотреть Лейле в глаза, когда снимал с ее головы капюшон.
Он знал ее эгоистичный норов.
Сокол набрал высоту и воспарил над пустошью, высматривая добычу. Мэллори стал рассказывать Карен, насколько зорким зрением обладает его любимица и как стремительно падает она с высоты на свою жертву.
– Поскакали за ней! - крикнул он и пустил лошадь галопом, чтобы вовремя поспеть к месту приземления сокола. Лейлу следовало оттащить от добычи, как только она ее убьет.
Мэллори подзывал птицу особым свистом и подтаскивал ее к себе, накинув на нее аркан.
Потом он награждал свою любимицу кусочком мяса и снова запускал в небо. Карен любовалась его лицом, возбужденным охотой, горящими глазами, чувственным ртом и стискивала зубы при виде его пениса, обтянутого тканью бриджей.
В замок они вернулись уже в сумерках. Тейт хотел было помочь Карен спешиться, но маркиз отдал ему сокола, а сам, ловко спрыгнув на землю, подбежал к Карен раньше, чем она вынула ноги из стремян.
