Они молча поплыли вдоль берега в обратном направлении, время от времени встречая своих однокурсников, тоже решивших провести этот чудесный день на реке. Тени стали длиннее, мелодичный перезвон колоколов с островерхих шпилей соборов придавал лиловым сумеркам особое очарование. Пришвартовав лодку к причалу под мостом Магдалены, молодые люди не спеша пошли через ботанический сад к Главной улице. Как всегда в это время суток, она была шумной и оживленной. Но сегодня воздух ее был пропитан особым возбуждением: для многих студентов, как и для Карен, это был не только конец учебного года, но и завершение целой эпохи в их жизни.
Ей все еще не верилось, что пролетели четыре года учебы в элитном университете, за время которой она обрела глубокие познания в истории, искусстве, английском и латинском языках. Диплом давал ей возможность получить хорошую должность в солидной компании. Но она приняла предложение Тони и согласилась работать его помощницей в усадьбе Блэквуд-Тауэрс.
Прохладный ветерок приятно освежал ей горячую промежность.
Прощаясь, Джереми обнял Карен и крепко, по-хозяйски сжал рукой ее ягодицу.
– Ты будешь мне писать? - спросил он, похотливо улыбаясь, что ей тоже не понравилось, как и его вольное обращение с ее задом.
– Да, - солгала она. - Счастливых тебе летних каникул, Джереми. И счастья! - Карен по-дружески похлопала его ладонью по щеке, не вкладывая в этот жест никакого скрытого чувства.
Он сжал ее запястье и попытался удержать. Карен выдернула руку и поспешно ушла в общежитие.
Консьерж Джим выглянул из каморки и окликнул ее:
– Мисс Хейуорд! Вам письмо!
Он с добродушной улыбкой протянул ей конверт. Всегда любезный и бодрый, Джим излучал оптимизм в любой ситуации, невзирая на причуды погоды и шалости студентов.
– Благодарю, - сказала Карен и подумала, что будет скучать по этому немолодому человеку с приветливым лицом.
– Уезжаете, мисс? - спросил он, хмыкнув в моржовые усы и вскинув кустистые брови. Ему явно хотелось поговорить.
– Да, завтра утром.
Она легко взбежала по винтовой лестнице, ведущей в квартирку, которую она делила с Алисон Грей, выпускницей этого же года. В отличие от Карен она собиралась на стажировку в Бостон.
За окном виднелись приземистые жилые корпуса, где на протяжении пяти столетий обитали студенты. Длительное время женщин не допускали в этот храм науки, обучение в нем было привилегией мужчин. Карен предстояло провести в этих старинных стенах последнюю ночь. Ей стало грустно.
