Я за ним ухаживаю, и делаю это хорошо.
— Еще бы! — насмешливо заметила Джоан. — Постель выглядит грязной!
— Чище, чем у него была раньше. Джудит слабо толкнула свою горничную, чтобы та прекратила препираться со старухой.
— Оставь нас, мы позаботимся о нем, — потребовала Джоан.
Они предполагали, что эта старуха с сальными седыми волосами и гнилыми зубами заартачится. Но ошиблись. Старуха заметила, как вторая женщина, та, что пониже, толкнула первую, и нахалка сразу же угомонилась.
— Ну, чего же ты ждешь? — спросила Джоан.
Старухе хотелось увидеть лицо, скрываемое капюшоном.
— Я должна взять кое-какие лекарства, — ответила она. — Есть другие больные, которые нуждаются в моей помощи.
Взяв баночку, она прошла мимо так заинтересовавшей ее женщины и в тот момент, когда поравнялась со свечой, уронила банку. Женщина вздрогнула и приподняла голову, бросив на старуху быстрый взгляд. В отблеске пламени блеснули прекрасные золотистые глаза. Старухе пришлось приложить все усилия, чтобы не улыбнуться. Такие глаза она видела только у одного человека.
— Ты глупа, да к тому же неуклюжа, — прошипела Джоан. — Убирайся, пока я не подожгла твои лохмотья.
Старуха злобно посмотрела на нее и с грохотом хлопнула дверью.
— Джоан! — возмутилась Джудит, когда они остались одни. — Это я подожгу тебя, если узнаю, что ты позволяешь себе так обращаться с людьми.
Джоан была шокирована.
— Что вы подразумеваете под «людьми»?
— Она такое же создание Божие, как ты или я. — Джудит могла бы продолжить, однако понимала, что это бесполезно.
Джоан была неисправимым снобом. Она унижала всех, кого считала хуже себя.
Джудит предпочла не тратить зря время на нотации и направилась к мужу.
— Гевин, — тихо позвала она и села на край кровати.
Тусклый свет свечи отбрасывал на его лицо блики. Джудит провела рукой по его щеке. Как приятно, что он находится в чистоте.
Он открыл глаза. В полумраке они казались темнее, чем на самом деле.
— Джудит, — прошептал он.
— Да, это я, — улыбнулась она и откинула капюшон. — Теперь, когда тебя вымыли, ты выглядишь значительно лучше.
Однако его взгляд оставался холодным и мрачным.
— Я не обязан благодарить тебя за это. Или ты думаешь, что грязь смыло вино, которое ты плеснула мне в лицо?
— Гевин! Ты зря осуждаешь меня. Если бы я бросилась тебе навстречу, Уолтер тут же убил бы тебя.
— А разве это не устроило бы тебя? Она отстранилась.
— Я не буду спорить с тобой. Мы обсудим все это как-нибудь на досуге, когда окажемся на свободе. Я видела Стивена.
