— Она носит ребенка того мерзавца, — спустя некоторое время произнес он.
— Ребенка Демари? — переспросил Стивен и присвистнул, когда Гевин кивнул. — И что ты с ней сделаешь?
Гевин опустился в кресло.
— Не знаю, — тихо ответил он. — Рейн говорит, что я не успокоил ее, но как я мог? Она убила своего любовника.
— А ее кто-нибудь заставлял? Голова Гевина поникла.
— Не думаю. Она могла бы этого не делать. В замке она имела полную свободу. Один раз она пришла ко мне, когда я сидел в яме, потом еще раз, когда меня перевели в подвал башни.
Если бы ее держали там насильно, она не могла бы так свободно разгуливать по замку.
— Это правильно, но не думаешь ли ты, что ее действия свидетельствуют о том, что она просто желала помочь тебе?
Глаза Гевина блеснули.
— Я не знаю, чего она желала. Мне кажется, она принимает сторону того, в чьей власти находится. Когда она пришла ко мне, то сказала, что сделала все это только ради меня. Когда же она была рядом с Демари, то всем своим видом показывала, что принадлежит лишь ему.
Она умная женщина.
Стивен провел большим пальцем по лезвию, проверяя, как оно заточено.
— Рейн очень высокого мнения о ней, да и Майлс тоже.
Гевин фыркнул.
— Майлс слишком молод, чтобы понять, что у женщины есть еще кое-что, кроме тела. А Рейн стал защищать ее с самого начала.
— Ты можешь объявить о том, что ребенок зачат от другого, и разделаться с ней.
— Нет! — с горячностью вскричал Гевин и отвел взгляд.
— Стивен рассмеялся.
— Тебя все еще тянет к ней? Она красива, но есть другие женщины, не менее красивые.
А что с Элис, которую ты, как утверждал, сильно любишь?
Стивен был единственным, кому Гевин рассказал об Элис.
— Она не так давно вышла замуж за Эдмунда Чатворта.
— За Эдмунда! За этот кусок дерьма! А ты не делал ей предложение? — Ответом послужило молчание Гевина. — Женщины не стоят того, чтобы переживать из-за них, — заявил Стивен, вкладывая нож в ножны. — Бери свою жену да спи с ней и не позволяй ей думать о чем-либо другом. — Посчитав тему исчерпанной, он поднялся.
— Хочу немного поспать. День был ужасно длинным. До завтра.
Гевин остался один в палатке, быстро погружавшейся в ночной сумрак. «Разделаться с ней», — подумал он. Он вправе сделать это, раз она носит чужого ребенка. Но он не мог представить, что больше никогда не увидит ее.
— Гевин, — прервал его размышления Рейн, — Джудит вернулась? Я сказал ей, чтобы она не оставалась в лесу после заката.
Гевин встал, челюсти его были плотно сжаты.
