Да, он видел, как мы ушли в сад. Он знал, когда мы с тобой оставались одни в твоей палатке. Помнишь, как ты целовал меня на следующее утро после свадьбы? — Гевин кивнул. Ему было неприятно слушать ее признания. — За то время, что мы были женаты, он не упустил ни одной возможности напомнить мне о наших с тобой встречах. Но я все терпела, чуть ли не с радостью, потому что знала, что ты любишь меня. Каждую ночь я проводила в мечтах о тебе, о твоей любви ко мне.
— Элис, ты должна остановиться.
— Скажи, — еле слышно произнесла она, — ты хоть раз вспоминал обо мне?
— Да, — искренне ответил он.
— В первое время. Но Джудит — замечательная женщина, добрая и ласковая. Я никогда не предполагал, что полюблю ее. Ведь, как тебе известно, я женился на ней ради ее земель.
Элис вздохнула.
— Что же мне делать? Мое сердце отдано тебе, так было всегда, так и будет.
— Элис, это ни к чему не приведет. Между нами все кончено. Я женат и люблю свою жену. Теперь наши с тобой дороги разошлись.
— Ты так холоден со мной.
— Элис коснулась его руки, потом погладила плечо. — Когда-то ты был совсем другим."
"Гевин хорошо помнил свои встречи с Элис. Он был ослеплен и свято верил, что любовь должна проявляться именно так, как у Элис. Теперь же, когда он познал неистовую в своей страсти Джудит, ему было неприятно даже думать о близости с Элис. Он не забыл, какое отвращение она испытывала к его прикосновениям. Нет, их близость с Элис было примитивным совокуплением, просто животной похотью, ничем иным.
Элис не поняла, что выражает лицо Гевина. Она продолжала гладить его, но когда ее рука скользнула к его шее, он резко встал. Элис, решившая, что ее прикосновение возбудило в нем желание, тоже поднялась и, прижавшись к нему всем телом, обняла его.
— Я вижу, что ты ничего не забыл, — прошептала она, подставляя ему лицо для поцелуя. Гевин осторожно отстранил ее от себя.
— Нет, Элис.
Она злобно посмотрела на него, ее руки непроизвольно сжались в кулаки.
— Неужели она превратила тебя в тряпку? Ты что, боишься ее?
— Нет, — ответил Гевин, удивленный столь странным выводом и резкой сменой в настроении Элис.
Ему было странно видеть свою бывшую возлюбленную, всегда такую мягкую и уравновешенную, столь разгневанной.
Элис быстро сообразила, что совершила ошибку, позволив своим эмоциям выплеснуться наружу. Она принялась моргать до тех пор, пока на ресницах не заблестели слезы.
— Это прощание, — прошептала она.
