Онлайн-библиотека книг
Лёва, кряхтя и постанывая, выпрямился и потряс головой. На меня он смотрел так, будто я спас ему жизнь.
Впрочем, почти так оно и было…
— Советник, не забывайтесь! — Наплевав на все ограничения, я одновременно надавил на Добровольского Голосом и Взглядом. — Здесь нет врагов. Мы все на одной стороне. И если вы снова атакуете кого-то слабее себя, то будете иметь дело со мной!
Притихший Кречетов тут же оживился. Вот уж кто бы точно посмотрел на нашу с Добровольским дуэль, так это он! Особенно, если бы она закончилась моей скоропостижной гибелью…
Кровавый генерал, в отличие от него, о драке даже не думал.
Благодаря проведённому в Лесу ритуалу усиления мои ментальные техники стали значительно мощнее. И Голос и Взгляд попали советнику прямо в душу. На его лбу выступила испарина, пальцы мелко тряслись.
А ведь я, кажется, хорошенько его задел!
Я ослабил давление магии и дал Добровольскому как следует отдышаться. Пара глубоких вдохов — и он снова взял эмоции под контроль.
— Да, Ястребов. Признаю! Слегка увлёкся… — Он казался непривычно покладистым и даже кивком принёс Лёве извинения.
Ещё одно моё предположение попало в точку.
"Азиатская Империя всегда была воинственной и крайне опасной страной. Но и Российская Империя тоже не химерьей лапой делана. Если Мин Тао хотел одолеть нас в быстрой войне, своих сил ему было недостаточно. Требовалась поддержка как западных держав, так и его соседей по региону.
А вот с этим у владыки Азии были большие проблемы.
После того, как в Циндао обошлось без единой жертвы, ни одна страна его не поддержала. Все его надежды сгорели как дерево в драконьем пламени.
И теперь Мин Тао был вынужден сражаться с нами в практически равных условиях.
Совсем не то, на что он рассчитывал!
— Тем не менее, один союзник у него всё же есть. — Крутов смотрел на Добровольского едва ли не с ненавистью. — Британская Империя давно объявила нас своим врагом. И вы, советник, проворонили их атаку по нашей столице!
Между Крутовым и Добровольским всегда было негласное соревнование. Но сейчас, напав на Лёву, советник перешёл черту. Сдержанный князь был в бешенстве.
