Некоторые ящики двухсантиметровые фиолетовые плазменные шары пробивали насквозь и взрывались на стенах, расшвыривая по сторонам капли жидкого металла. В некоторых ящиках они взрывались прямо внутри, вырывая куски осколков. Картинку с камер дрона-уборщика Миха все еще получал и, рассматривая ее, понимал: давать нападавшим выйти из трюма нельзя. Обстрел продолжался уже минут пять.
– Барон, у нас раненые, – услышал он взволнованный голос Мео.
– А кто у нас тута доктор?! А? Вот и займись своей прямой работой! Давай, Мео, давай, – зло выкрикнул Миха.
– Барон, я справился! – услышал Миха довольный голос Монса и выкрикнул:
– Монс, эти суки слаженно работают! Не дают даже высунуться!
– Понял, – подтвердил старый вояка, давая понять, что все понял.
Миха направил ствол импульсного ружья в сторону дыры. Тактический экран высветил красный силуэт противника под номером один. Миха прицелился и выстрелил. Даже через скафандр почувствовал сильный толчок в плечо.
Красный шар в диаметре сантиметров семь улетел на встречу с противником. Но, увы, мимо. Через время в трюме не слабо грохнуло, и огонь нападающих прекратился на пару секунд, а потом опять начался обстрел, но уже как-то неуверенно. В ответ опять прилетел шквал огня и керамических игл!
Миха проверил картинку с камер дрона. Боевой дроид лежал брюхом на полу.
– Молодец, Монс!
Рядом с Михой боец из бригады Хипа упал. Его тут же утащили, а на его месте появился другой, подобрав игольник.
– Мео, как у нас дела?
– Пятеро ранено и один тяжелый, – доложил Мео, – но я попробую его вытащить.
Миха снова пульнул из ружья, промах. Но на этот раз почти попадание.
– Зэо, гранаты! – выкрикнул Миха и снова прицелился.
Зэо давно ждал этой команды и выполнил ее лучшим образом. Он рванул в сторону стены, подпрыгнул, ухватился за скобу и, перевернувшись в воздухе, пролетел до самой перегородки трюма, а приземлившись у самой дыры, присел.
Туда сразу улетело две гранаты.
Миха снова пульнул! Ощутил толчок в плечо. Красный шарик плазмы попал туда, куда его послали, – голову бойца в бронескафе снесло. Среднее утолщение на ружье задымилось и заискрилось.
– Хана пушке! – вынес Миха печальный вердикт. – А жаль! – и убрал ружье на пол.
Рядом с ним рванула граната, его качнуло, кто-то упал, сбоку кто-то закричал.
