Барон Серж де Сангре.

На мгновение мое тело пронзил лютый холод, за ним пришел, почти невыносимый зной, а потом, так же резко, как и началось, все закончилось. Я стою в огромном круглом зале, свод которого теряется где-т высоко-высок над головой. Позади меня, ограниченный аркой зеркалом замер портал, а прямо под моими ногами, на толстом слое пыли, виднеются отчётливые следы сапог, а между ними отпечатки человеческих ладоней. Эта сука так и не встала на ноги, а пересекла весь огромный зал как бешеный зверь, на четырех конечностях. Ну что же, так даже лучше, легче будет выследить, да и далеко человек таким образом не убежит, просто свалится от изнеможения.

Не спеша я направился к виднеющейся впереди лестнице, на которую падает солнечный свет. Там выход наружу.

Через четверть часа я уже стоял перед входом в огромный куб, а передо мной раскинулась площадь, обрамленная развалинами древнего города, за которыми, скорее угадывается, чем просматривается вечнозеленый лес. Ну что же, судя по всему, мне предстоит совсем не близкий путь к обжитым местам.

Что-то я не верю, что подобные развалины могут находиться рядом с человеческим жильем. Люди, если не приспособили бы полуразрушенные дома под жилье, то уже давно бы растащили гранитные блоки для своих нужд, примеров тому, даже в нашем герцогстве более чем предостаточно. Перехватив тело девушки поудобнее, я замер в нерешительности, раздумывая куда, в какую сторону мне идти. Ведь если развалины находятся в Великой Пуще, то выбрав неправильное направление я могу блуждать в чаще годами, да и не уйду я далеко с телом на руках, и девушку как положено не похороню и сам сгину, будучи не способным защититься.

Я оглянулся на зияющий спуск к порталу, но меня аж передернуло, от того, что мне придется туда вновь спускаться. Нет, возвращаться я не стану. Неся тело на руках, я направился по широкой дороге с площади, усиленно вертя головой по сторонам, выискивая подходящее место. И уже через несколько минут такое место нашлось. За развалившимся забором одного из домов я заметил небольшую группу деревьев.

Вероятно, когда-то это был маленький сад, н теперь он разросся и одичал. Шпага уже привычно превратилась в топор и принялся за работу, готовить погребальный костер.

Закончил я уже при свете звезд, выложив из нарубленных деревьев двухметровую площадку, на которую и положил тело Авроры. Первый и последний раз я поцеловал ее губы, прошептал вечное: «Прости» и добавил: «Клянусь, если есть Загробный Мир, то весь Род твоего убийцы будет там твоими рабами».