Барышня и хулиган

Кстати, тебе никто не говорил, что ты очень разговорчивая?

— Зато ты молчун, — хмыкнула я, обиделась и молча сидела всю дорогу, словно набрав в рот воды.

Мишка делал вид, что напряженно мыслит, хмурил брови, покачивая головой и время от времени изрекая что-то вроде: «Э-э…» — или просто невнятно мычал. Наконец мы подъехали к старинному зданию с колоннами, с яркой вывеской по фасаду «Три шара».

— Что это? — не удержалась я.

— Здесь обитает твой хороший человек?

— Точно. Двигай за мной.

— Нет, лучше я в машине посижу.

— Это вполне приличное заведение, к тому же со мной тебе нечего бояться.

— Да? — усомнилась я, а Мишка неожиданно посерьезнел.

— Вот что, матрешка, тебе, пожалуй, лучше побыть Катькой.

— Почему? Мишка вздохнул.

— Мы ведь хотим разыскать ее парня? Ну так вот, если ты будешь Катькой, очень вероятно, что он себя как-то проявит, подойдет или позвонит по телефону.

— А если он с Катькой на Канарах? — нахмурилась я.

— У твоей сестрицы мужиков как грязи, авось кто-нибудь нам и пригодится.

Что ответить на эту глупость, я не знала, пожала плечами и отправилась вместе с Мишкой.

Мы вошли в просторный холл. Через распахнутые настежь двери можно было пройти в бар, справа лестница в полуподвальное помещение. Мы спустились по ней и оказались в огромной комнате с низким потолком, прокуренной и душной, три бильярдных стола стояли на приличном расстоянии друг от друга, чуть дальше виднелась стойка бара, кожаные диваны, левая стена была завешена тяжелыми портьерами. Помещение освещали лампы, находившиеся над каждым столом.

Я притормозила на входе, пытаясь решить, стоит ли мне идти дальше. Мишка, не обращая на меня внимания, прошел к первому столу и поздоровался с маленьким юрким человечком в клетчатом пиджаке и со смешно приплюснутым носом. Человечек внимательно следил за игрой. При Мишкином появлении он оживился. Мишка махнул мне рукой, приглашая присоединиться, и я подошла к ним.

— Семья в полном составе…

— Ага, — радостно кивнул Мишка. — В настоящий момент у нас с Екатериной Юрьевной мир и взаимопонимание. Она осознала свои ошибки, а я простил ее по доброте душевной. — Пока Мишка острил, мы достигли бара. — Выпей чего-нибудь, — посоветовал мне Шальнов. Я хмуро отказалась, а Мишка с мужичком выпили водки.