Вызов по магической связи застал меня как раз с той недопитой чашкой, пришлось поставить чашку на стол и достать зеркало, чтоб ответить. И это оказался инженер Гордей Платонович.
— Здравствуйте, Ольга Дмитриевна, как ваши дела?
— Здравствуйте, Гордей Платонович, спасибо, неплохо. Решаю рабочие вопросы, а в перерывах греюсь чаем.
— Скажите, Ольга Дмитриевна, как вы смотрите на то, чтобы сходить в среду на бал в здешнем Общественном Собрании? Анонсирован некий маскарад.
— А я туда уже собралась, — закивала радостно, как положено барышне.
— Вот и славно, значит — непременно там увидимся.
— Замечательно, — вторила я.
Только не сказала, что пойду туда с Соколовским.
Пойду и пойду. Раз его невеста где-то там, скорее всего — в Петербурге, видимо, тоже, как Авенир, не желает морозить то самое всем известное место в Сибири, то пока можно и сходить с ним на бал. Я слабовато помнила правила бального этикета в целом, и не очень хорошо помнила, как они соблюдаются именно здесь, потому что балов мне выпало не так уж и много.
Но — придём и увидим. По тому единственному балу, на котором я здесь была, я помню, что Соколовский танцует очень хорошо. А в то время, пока он будет танцевать с прочими дамами, я буду мостить мосты к нашей Фань-Фань. Вдруг что и получится.
Пока же я распрощалась с гостеприимным Василием Васильевичем, передала приветы Арине и Матрёне Савельевне, и отправилась в Кузнецовскую больницу — обычным образом, не тревожа ни Болотникова, ни Соколовского.
Ничего, добралась, и никто меня в тенях не съел.
Мне обрадовались, как родной — и Брагин, и его Василий. Расспрашивали о самочувствии, рассказывали о том, кто тут у них побывал в моё отсутствие. В целом, сложностей не было, и жертв лисодемона — тоже.
Я уже было собралась пойти работать — меня ждали три тела, когда в дверь нашу постучали, открыли её, а затем к нам совершенно по-хозяйски зашёл князь Бельский.
— Здравствуйте, госпожа Филиппова.
Мне необходимо с вами побеседовать, где мы можем это сделать?
Ну вот здравствуйте, побеседовать, значит. Дел-то у меня других нет, можно подумать, только с ним беседовать. Но наверное, князю так не говорят? Придётся беседовать, да?
Вообще я некромант, а он — нет, и значит, он не сможет на меня надавить, заставить меня что-то сделать, или ещё как-нибудь повредить мне. Он ведь не из Старших, я верно понимаю?
— Здравствуйте, Фаддей Петрович.
