Помнила она чем царская мягкотелость в ее мире закончилась — убийство царской семьи, гонения на аристократию, раскулачивание всех подряд, кто имел хоть полкопейки или корову, а после гражданская война, голод, нищета, воровство, убийства. Как там говорилось? Прости их, Господи, ибо не ведают, что творят? Не правда, все они знали и понимали, но жажда наживы, злоба, зависть и ненависть были сильнее разума. Всем было плевать на реформы, которые подготовил Александр второй, на созыв собрания и попытки создать парламент, поскольку это не несло выгоды.
А ведь страна уже тогда начала меняться на государственном уровне и если бы Государь сразу прибег к силовым методам, то насколько меньше крови пролилось бы?
Надежда судорожно вздохнула. Очень ей хотелось спросить, что планирует предпринять сам наследник и не собирается ли он простить предателей, когда вернется, но давить она не могла, а строить планы было рано. Пока рано…
Историю своего ранения Александр поведал также коротко и нехотя.
Вроде как пригласила его барышня Холдина картинами полюбоваться, а тут, в самый пикантный момент, когда наследник не просто без оружия, а еще и без штанов оказался, в особняк братец ее с друзьями и прибыли.
Почему на него напали Александр до последнего не понимал, поскольку от выкупа и зачисления барышни в гарем ни один род не отказался бы, а эти вдруг за оружие схватились.
— Помню, драка вовсе не серьезная была, скорее постановочная, а потом меня сзади по голове ударили и ранили пока я падал. Сволочи, все как по нотам разыграли, — буркнул парень мрачно, — странно, только, что не добили, хотя, в свете твоего, Надежда Константиновна, рассказа, теперь многое понятно становится.
Видимо приказ у них был, чтобы живым я пока оставался, а раз лечить не стали, значит изначально избавиться собирались, но позже.
Надежде, которой про похождения наследника слышать было неприятно и даже противно, кивнула рассеяно.
— Тоже так думаю, — подтвердила сухо и тут же перечислила пять фамилий, что точно во дворце сейчас, под покровительством Жанны Карловны пригрелись.
Еще несколько часов парочка шла под палящим солнцем, когда на горизонте появилось невероятное.
— Лес? Оазис? — воскликнули они одновременно.
— Или мираж, — добавила девушка недоверчиво, щуря опухшие, слезящиеся глаза."
"К сожалению, прибавить шагу по сыпучему песку возможности не было и поэтому, добрались до первых странных деревьев путешественники лишь к тому времени, как солнце начало заходить за горизонт.
