Бас. Любимица Иллари

Но это что же получается, мы с ним теперь тут заперты вдвоем?

От этой мысли у меня пробежал холодок между лопатками."

"Во время гона такое соседство может стать для волка смертельно опасным. Гон – это пора безумия, обусловленного яростными поисками подходящего партнера для спаривания. Человеческий разум во время этого звериного буйства угасает, и оборотнем управляют только инстинкты. Вернее, всего один инстинкт. И перебороть его еще никому не удавалось.

Я, к слову сказать, не исключение. Во время брачного периода мой зверь становится неуправляемым, кровожадным и по-настоящему бешеным.

Если сумеет найти подходящего партнера, то забудет обо всем и накинется на него со всей страстью, на какую только способен. Если не найдет, то тоже накинется… на первого, кто попадется под руку. Устроит его такой партнер, отымеет и потом сожрет. Не устроит – сразу сожрет, вымещая на ни в чем не повинном самце свое разочарование. Если дело будет совсем плохо и других кандидатов не объявится, он, правда, смирится и вынужденно ляжет под первого встречного. Но первый же проблеск разума и осознание собственной слабости станут приговором для оказавшегося рядом мужчины. Что человека, что оборотня, что друида. Без исключений.

Именно поэтому я во время гона старалась уходить подальше от обжитых мест и запирала себя среди скал, чтобы не было даже малейшей возможности убить кого-нибудь просто за то, что оказался рядом. Эйлинону сорок лет назад, можно сказать, повезло – он оказался в нужном месте и в нужное время.

Я тогда не успела добраться до убежища. Вернее, «зеленый» умышленно меня задержал. И когда настало время, просто не стал отказываться, хотя, надо сказать, сделал это не по злому умыслу, а всего лишь потому, что действительно неровно ко мне дышал. И решил, что если действовать осторожно, то невеселая участь любовника на одну ночь как-нибудь его минует.

Именно за эту осторожность, понимание и присущий друидам такт мой зверь не стал его убивать, когда гон закончился. Когда же стало ясно, что я понесла, зверь окончательно смирился и какое-то время честно его терпел.

Как не особенно важную, но в чем-то полезную и дорогую для меня вещь, с которой, в случае чего, не жалко будет расстаться.

Если бы Эйлинон проявил чуточку больше терпения, мы, скорее всего, и сейчас были бы вместе. Но первая же ошибка вывела моего зверя из себя, и теперь этот путь для друида был закрыт навсегда. Мой кот не простит, не забудет, не подпустит к себе больше.