Бас. Любимица Иллари

Но что больше всего меня напрягло, это то, что в налитых кровью глазах не виднелось ни единого проблеска разума. А значит, Рокхет действительно упустил время, и нам всем теперь придется разгребать последствия его ошибки.

– Назад, – напряженно велела я, когда по комнате вновь разнесся бархатный рык. – Роар, Наран… выйдите и закройте дверь. Сейчас же.

– Зачем? – откровенно встревожился рыжик.

– Он вас не узнает.

И это было сущей правдой: набычившийся вожак вот-вот собирался атаковать, а в его заалевших глазах плескались раздражение и жажда крови.

Он не до конца понимал, что происходит, как и всякий зверь, некстати разбуженный и оказавшийся в незнакомом месте. Однако в стоящих у двери собратьях он увидел угрозу. Почуял соперников. И поскольку мыслил он теперь не как человек, то пока еще просто предупреждал, чтобы незнакомые самцы покинули его территорию. А если нет, то он будет защищать доступный ему клочок пространства до последнего вздоха.

Не спуская глаз с ощетинившегося волка, я медленно перешагнула порог.

Рык после этого стал громче, однако Рокхет все-таки не напал. Я пахла иначе, чем его друзья. Я пахла самкой. А волки, даже находясь в невменяемом состоянии, крайне редко осмеливались причинить самкам вред.

– Бас, ты что делаешь?! – всполошился Роар.

– Меня он не тронет. А вас сейчас может убить.

– Миледи… – попытался возразить Наран, однако, на его счастье, Роар оказался проворнее. Еще до того, как потерявший терпение зверь пригнулся и оскалил зубы, степной цапнул непонятливого собрата за локоть и, вопреки всему, выволок в коридор.

Услышав, как за спиной хлопнула створка, я мысленно вздохнула.

Эх, Рокхет… ну что же ты за упрямец, а? Тебя ведь предупреждали, что со зверем могут возникнуть проблемы. Для кого я, спрашивается, сегодня полдня распиналась? Для мальчишки, который и без того инстинктивно понял, что и как нужно сделать? Для твоего неверящего друга, который до сих пор не сообразил, что именно с вами произошло?

Я ведь уже говорила, что вы своими руками калечите собственных зверей.

Но попав под исцеление богини, тебе стоило сразу подумать, что луноликая не станет разбираться, кто именно и как нанес тебе раны. Ее исцеляющее воздействие затронуло не только тело, но и душу. Не только тебя, человека, но и живущего внутри волка. И само собой, впервые за долгие годы почувствовав силу, он не мог не попытаться вырваться из клетки, куда ты однажды его запер.