Башни над городом

Новые застежки и кнопки, они, знаете ли, не всегда ведут себя одинаково…

Да и снаряжение на подвесной системе или разгрузочном жилете тоже не всегда размещается у него так, как этому учат инструктора в центре подготовки. У каждого человека есть свои особенности поведения, по-разному развиты руки – и опытный специалист все это учитывает автоматически. А вот у новичков, особенно в первое время, все расположено одинаково. Потом-то, они, конечно же, научатся учитывать возможности собственного тела – но это будет ещё не скоро.

Да и по сторонам «старики» посматривают не так, как это делает ещё зеленый молодняк. Грамотный специалист подсознательно просчитывает все возможные источники опасности и, если не сможет по какой-то причине сесть или встать так, чтобы минимизировать опасность лично для себя – то обязательно всегда продумает и прикинет все возможные варианты отхода, когда вдруг того потребует обстановка. И из своего поля зрения эти направления он уже не выпустит.

А меня в первое время удивляла и даже оскорбляла подобная манера ведения разговора! Стоит, вроде бы с тобою и беседует – а всё время взглядом по сторонам шарит! Вроде бы офицер с ним разговаривает, должен же он это учесть! Но нет, занят такой вот вояка какими-то своими делами – и черта с два ты его от этого сможешь отвлечь! И все равно ему кто перед ним стоит, хоть капитан, хоть генерал…

Были, разумеется, и другие признаки, но даже по этим я научился безошибочно определять таких старых солдат.

А Крамер, в довершение ко всему, ещё и постоянно присматривался к собеседнику, словно бы выбирая точку для удара. Так оно, впоследствии и оказалось, он сам мне потом признался, что выработал эту привычку в ходе общения с нашими, так сказать, оппонентами.

– Никогда не знаешь, сэр, что придет в голову этим головорезам. Только что он с тобою мирно разговаривал – и вдруг стреляет! Спасение тут одно – выстрелить первым! Или ударить ножом, я постоянно держу его под рукой…

Что и говорить, боец на ножах он оказался знатный, мне до него ещё расти и расти.

Но уважительное отношение ко мне у него проявилось сразу – и не в последнюю очередь из-за той самой истории с Масудом. Этот случай был уже к тому времени известен. Вездесущие штабные писари и связисты разнесли это по всей комендатуре.