Как видите, мы живы и еще способны выполнять свои обязанности. Но зачем я вам об этом рассказываю?
«Так эта девчонка… она еще и врач», – подумал Злобин.
– Станка не только собирает лекарственные растения, – продолжала старуха. – Она плетет из соломы предметы обихода, коврики, салфетки, делает фигурки и маски. Это ей очень помогает в жизни. Вы же видите, какая она. Пообещайте, что ничего не сделаете Станке. – Старуха сменила тон, теперь она просила и даже умоляла.
– Успокойтесь, пожалуйста, – сказал Вадим.
– Никто не тронет вашу целительницу и рукодельницу. Вы разрешите мне пройти?
На кухне потрескивала печь. Это было самое чистое помещение в замке. Прислуга следила за гигиеной, регулярно счищала нагар с конфорок, мыла посуду. В углу стояли баки с чистой водой. На печи бурлила вода в алюминиевой кастрюле, рядом пыхтел пухлый чугунок. Умирать от голода обитатели этого славного местечка пока не собирались.
Горничная чистила картошку кухонным ножом. Станка деревянной лопаткой помешивала содержимое чугунка.
Они повернули головы, взглянули на майора и застыли. Мирэла инстинктивно стиснула рукоятку ножа. Симпатичная мордашка Станки сделалась пятнистой.
– Прошу прощения, дамы, – пробормотал Вадим. – Дежурная проверка.
По-русски местные женщины не понимали, ориентировались по интонации. Грозные нотки в голосе русского офицера не звучали. Станка втянула голову в плечи, отвела взгляд. Рука девчонки дрогнула. Пена выплеснулась на поверхность печи, зашипела. Станка схватила тряпку, выронила свою лопатку.
Мордашка ее сморщилась. Она чуть не заплакала. В лесу эта барышня чувствовала себя куда лучше.
Горничная бросила майору что-то резкое. Видимо, она требовала выйти, не таскать грязь.
Поведение прислуги как-то неуловимо менялось. Люди поняли, что незваные гости не собираются расстреливать их или сгонять с насиженного места. После этого они стали смелеть, демонстрировали высокомерие. Станка по ночам бродила по лесу. Старая Стефания в отсутствие оперативников посещала анфиладу и могла что-то найти.
Руки у нее прошлой ночью были свободны, но это ни о чем не говорило. Мирэла исподлобья следила за советским офицером. Все, что она при этом думала, хорошо читалось на ее лице.
«Замуж ей надо, – подумал Вадим. – Впрочем, кто такую возьмет? Если только Дракула».
Напряжение висело в воздухе. Советские люди, прекрасно знающие, что делать с вооруженным врагом, терялись в общении с мирными жителями освобожденных стран.
