Онлайн-библиотека книг
В то время как, скажем, кости скелета или даже плоти практически неподвижны, другие — подвижны пассивно, я говорю об эритроцитах, третьи наделены способностью двигаться сами, это лейкоциты и прочие профессиональные борцы с преступностью и спасатели человечества, то наш Тарх стал чем-то вроде сигнала, что мгновенно переносится по нервам из одного места огромного организма в другой…
Мрак морщился в течение длинного объяснения, нетерпеливо прервал:
— Олег, у меня от твоих речей зубы болят. Как ты можешь все испоганить, утопить в болоте!
Женщины неслышно убирали посуду, двигались почти на цыпочках.
— Он хороший… — сказала она убежденно. Только какой-то… жалобный.
— Жалобный? Таргитай? Да ты знаешь, что он может?
— А ему это надо? — отпарировала она.
Мрак засопел, Олег тут же вспомнил, каким несчастным Таргитай стал, когда узнал, что он стал богом. И как он свое божество старался спихнуть то ему, то Мраку.
Он покачал головой:
— Вряд ли он чувствует себя несчастным.
— Значит, его дорога лучше?
Олег снова покачал головой. Голос прозвучал резко:"
"— Нет!.. Человек должен знать, что делает. Должны быть выработаны, грубо говоря, инструкции для других. Ну, наука, искусство и прочие инструменты, с помощью которых каждый… каждый!.
Молчание длилось долго, слышно было только сердитое посапывание Олега.
Мрак задвигался, зевнул.
— А что, — предположил он, — если наш Тарх скакнул слишком высоко?.. Мы со ступеньки на ступеньку, пролет за пролетом, с этажа на этаж, а он — рр-р-раз, и на крышу!..
— Ну и какой прок от этого другим?
Мрак почесал голову:
— Да никакого, согласен… Но вот когда со ступеньки на ступеньку, приблизимся, то он протянет руку и вздернет нас к себе на крышу.
Олег ощутил радостное тепло от плеча Юлии.
— Да, конечно, — ответил он. Поднялся, посмотрел в окно. — Хотя стоит ли? Скоро утро.
