Башня - два

Олег, я все время как во сне… Ты такой необыкновенный, что все это кажется сном… Вот-вот проснусь, а я в своей квартирке, на привычной работе, ничего не изменилось… Даже страшно становится!.. Скажи, а волшебство было?

Он удивился:

— Ну, у тебя и переходы! С чего ты вдруг?

— Да так… От старых времен дошли только легенды, мифы, сказки…

— И летописи, — напомнил он, — и документы, и наскальные записи, и кодекс Юстиниана…

Она отмахнулась:

— Это все есть и сейчас. А как тогда? Раньше? Была магия? Что это такое? Как вы с ней жили? Что такое колдуны?

Она извернулась в его руках, уперлась в грудь кулачками, снизу вверх всматривалась в нависающее над нею суровое лицо.

Ей показалось, что оно потемнело еще больше. Даже голос стал хриплым, словно горло перехватила то ли тоска, то ли нелегкие воспоминания.

— Я же говорил, мир был другим… Не было самолетов, компьютеров, Интернета… Ездили на конях, а вместо церквей — столбы с жертвенными камнями. Людей резали чаще, чем животных, люди дешевле… Колдуны были, пока длился тысячелетний магический дождь… Потом заклятия одно за другим переставали действовать… Мы сперва думали, что миру конец, но, приспосабливаясь к изменениям, сумели открыть в себе нечто другое, лучшее, более ценное… Да-да, я могу сказать точно, что в тот день… или ту эпоху, для нас это все равно день или даже миг, когда на землю упала последняя капля магического ливня, в человеке проклюнулась душа…

Юлия удивилась:

— Душа? При чем тут душа? Разве раньше души не было?"

"— Не было, — ответил Олег.

 — Не было! А если и было то зачаточное, что потом стало душой, то оно было слито с его телом, плотью. Душа была, так сказать, перемешана с частичками тела, как если взять ком желтой глины и ком красной, слепить в один и долго-долго перемешивать… А, черт! Совсем недавно это же говорил! Не тебе? Ну, Мрак тупой, ему повторять можно долго…

Она сказала сердито:

— Мне тупой быть можно, я же красивая! Так что повтори еще и для меня.

— А потом скажешь, что я зануда?

— Скажу, — пообещала она.

 — Но все равно говори.

Он вздохнул:

— Ладно. Возьми… древнего грека. Или его богов, полубогов, титанов, героев, просто известных людей, оставивших след, так сказать. Ты что, не видела их прекрасные статуи? Сильные здоровые животные, без малейшего намека на духовность! Ум, или интеллект, как ни назови, уже был, а души — фигушки… Да-да, не надо так уж оскорбляться… Венера Милосская или Аполлон Бельведерский — это красивые здоровые животные без малейших изъянов.