Бастарды

Барс медленно подошел к северянке и осторожно обнюхал ее, но железом и отравой от нее не пахло.

Юко незаметно передала женщине кусочек мяса. Северянка осторожно протянула лакомство зверю. Гурхан осторожно взял угощение и, моментально проглотив его, медленно уселся на задние лапы. Женщины не знали, что делать дальше. Зверь медленно обвел их вопросительным взглядом.

Наконец Юко решилась действовать и, взяв северянку за руку, направилась к двери. Гурхан поднялся и, бесшумно запрыгнув на подоконник, исчез в окне.

Юко по привычке открыла рот, чтобы узнать, что это такое, но северянка, тихо зашипев, моментально прижала ладонь к ее лицу. Чуть всхлипнув, Юко сделала северянке знак, что все поняла и будет молчать. Кивнув, северянка отпустила девушку и, сжав ее ладонь в своей руке, решительно потащила на улицу.

Гурхан ждал их у дверей. Убедившись, что женщины решительно настроены дойти до беседки, барс тихо рыкнул и пристроился сбоку. Несколько раз дорогу женщинам преграждали другие звери, но Гурхан моментально оказывался впереди, и после короткого обмена тихим рычанием и пофыркиванием они продолжали путь.

Старый зверовод встретил их у беседки. Убедившись, что женщины целы, он недоуменно покрутил головой и тихо выдохнул:

– Слава богам, с вами все в порядке.

– Да, только не благодаря тебе. Лучше бы помог девочке управиться со зверем, вместо того чтобы крутить башкой и охать, – напустилась северянка на старика. Тот моментально ощетинился.

– Скажи спасибо, женщина, что я вообще согласился с тобой говорить. Не забывай, что мне нельзя приближаться к той двери ближе, чем на двадцать шагов. Эта упрямица упросила меня рассказать тебе историю моего капитана и твоего сына. Если бы не его память, ноги бы моей здесь не было.

Северянка моментально остыла и покаянно опустила голову:

– Прости меня, старик. Я так привыкла спорить с евнухами, что просто забыла, как это – говорить с нормальным мужчиной. А теперь, пожалуйста, расскажи мне все, что знаешь о моем сыне. Прошу тебя.

Старик кивнул и медленно опустился на каменную скамью. Устроившись поудобнее, он отцепил от пояса флягу и, глотнув вина, ненадолго задумался. Северянка следила за его манипуляциями, зажав ладони между колен.