Бастарды

Такой режим выдерживали не все, но он помогал отобрать лучших, а щедрое жалованье заставляло парней, сцепив зубы, крепиться, потом и кровью постигая науку гвардейской службы.

Топ-Гар зорко следил за новобранцами, рассказывая им истории из своей службы и поясняя, для чего нужно то или иное умение. Такеши, в свою очередь, отсеивал тех, кто в будущем мог применить эту науку во вред близким, следя за взаимоотношениями в казармах.

Нанести серьезное ранение учебным мечом было сложно, но синяков и ссадин хватало у всех.

Их количество резко увеличилось с тех пор, как Ал-Тор начал принимать участие в учебных схватках."

"Его сложенный из нескольких тонких пластин меч был такой же длины, что и боевой клинок, а сами пластины были вырезаны из ствола железного дерева. Нанести им увечье для юноши не составляло особого труда, но он всегда старался быть осторожным. В его руках даже этот меч был смертоносным оружием.

Новобранцы поняли это после того, как юноша, в очередной раз разбросав десяток учеников, собрался было пуститься в объяснения того, что они не так делали, когда со стороны улицы раздался звон металла и истошные женские крики.

Мгновенно вылетев на улицу, Ал-Тор увидел, как двух ветеранов теснят семеро охранников каравана, пришедшего в удел прошлым вечером. Не раздумывая ни секунды, юноша врубился в схватку. Караванных сторожей спасло только отсутствие у него боевого оружия. Но это не избавило их от серьезных травм.

Двумя ударами Ал-Тор уложил двух особо рьяных возмутителей спокойствия и принялся за оставшихся всерьез.

Пьяные вояки продержались недолго. Юноша мог не сдерживаться и удары сыпались как из рога. Очень скоро всех, кто пытался напасть на гвардейцев, отливали водой из верблюжьей поилки.

Гвардейцы моментально оцепили место схватки и за шиворот приволокли караван-баши. Увидев, в каком состоянии находятся его доблестные охранники, купец начал причитать и вопить о нанесенных убытках, но, наткнувшись на мрачный взгляд Ал-Тора, разом заткнулся, испуганно разведя руками.

Когда пьяных вояк наконец привели в чувство и поставили на ноги, юноша молча обвел взглядом изрядно помятых буянов и спросил:

– Ну и в чем собственно было дело? Не сидится спокойно? Приключений захотелось? Или вино слишком крепким оказалось?

– Нас вызвала Санча, – ответил один из гвардейцев, патрулировавших улицы сильно разросшегося городка, – эти вояки спустили все деньги и потребовали, чтобы их обслужили в долг до следующего прихода.