Онлайн-библиотека книг
И на прилагающийся к нему необременительный разговор, сдобренный юмором.
А потом послушно подставляла губы под прощальный поцелуй — легкий, нежный, именно прощальный. Он ей очень нравился — оставлял привкус чудесно проведенного времени.
Изольда, кажется, начала догадываться о том, что у Оли появился мужчина. Она ничем не выдавала своего любопытства, но по каким-то едва заметным жестам, задумчивым взглядам Оля чувствовала: Изольда знает. И была благодарна соседке за молчание и такт.
С некоторых пор не давал покоя вопрос: «А это надолго?»
То, что несерьезно, ясно.
"Она не знала, как сказать о том, что в этот раз встречи не получится. Во всяком случае, не в телефонном разговоре точно. Надо отправить сообщение.
Ей приносили в кабинет макеты, счета, договора, бракованную сувенирную продукцию, она что-то подписывала, решала, ругала, согласовывала, а потом, оставшись одна, набрала:
«В эту пятницу не получится».
Послание прочитали быстро, а не отвечали долго. Разочарованы, Денис Валентинович? Простите, не все порой зависит от нас. А потом, в обеденный перерыв, все же пришло:
«Ты не олененок Бэмби, ты бессмертный пони.Я люблю свою работу,Я приду сюда в субботуИ, конечно, в воскресенье.Здесь я встречу день рожденье,Новый год, 8 Марта,Ночевать здесь буду завтра!Если я не заболею,Не сорвусь, не озверею,Здесь я встречу все рассветы,Все закаты и приветы.
Он подумал про работу. Оля задумчиво смотрела на стишок. Работа, кстати, отличный повод. И можно за него уцепиться. Но почему-то не хотелось. Почему-то хотелось правды.
«Дело не в работе. Просто, боюсь, твой пакет предложений в пятницу окажется бесполезным».
«У тебя менструация? Или ты нездорова?»
«Первое».
И он ей позвонил.
* * *С утра настроение значилось превосходным. Потому что выспался. Потому что спина ведет себя прилично и не болит.
Он привык к этим встречам по пятницам. Неожиданно для себя привык. Хотя если задуматься, не так уж это и удивительно. Ольга — красивая женщина. За три свидания Денис рассмотрел все подробно и уверился окончательно. Ее красота была ровно того сорта, что нравилась ему больше всего.
