Батя (СИ)

Но я подумаю над твоим предложением.

– Не обижайся, Лен, но думать – не твоё. Ты слишком много думаешь. Это вредно.

Слова Богдана прозвучали мягко, но я всё равно обиделась. Он считает меня глупой? Я просто рассудительная и не бросаюсь в омут с головой. Бережёного бог бережёт, как говорится.

– Пора вставать. В садик опоздаем.

Богдан выпустил меня из объятий и нехотя натянул трусы. Я последовала его примеру, стараясь одеться поскорее, чтобы он не рассматривал меня голую. Да, он всю меня уже видел, но я всё равно немного смущалась.

– Не сочти за назойливость, Лен, но может, мы с Алисой погуляем, пока ты работаешь, а потом вернёмся все вместе сюда? Или я могу помочь тебе помыть пол, или что ты там делаешь в своей парикмахерской?

Я так и застыла с блузкой в руке. Представила огромного Богдана со шваброй в руках, и мне стало смешно. В то же время слёзы на глаза навернулись. Прежде мне никто не предлагал помощь такого рода, особенно мужчины. Это было так мило, что заставило меня всерьёз пересмотреть свои решения и желания.

– Помогать не нужно, правда. Но мне нравится твоё предложение. Ко мне только заскочим? Нужно взять кое-что из вещей мне и Лисёнку.

– Да вообще без проблем! – повеселел Богдан.

Он сменил деловой костюм на спортивный. Мы привели себя в порядок и поехали за Алисой. Теперь я чувствовала себя уверенней рядом с Богданом. Не шарахалась от него, когда он подавал мне руку или обнимал. Сердце больше не выскакивало из груди, просто билось чаще от приятного волнения и его мужественного ни на что не похожего запаха.

Я уже не жалела, что переспала с ним. Мне это было нужно, наверное, даже сильнее, чем Богдану, чтобы почувствовать себя живой, желанной, сексуальной, почувствовать себя женщиной, а не просто матерью Алисы.

– Лисёнок сейчас обрадуется, что мы в гости поедем, – с улыбкой сказала я Богдану, когда он припарковал машину возле детского сада.

– А ты, Лена? Ты рада?

Уже не в первый раз Богдан переводит вопросы лично на меня. Я радуюсь за Алису, а он стремится, чтобы и мне было хорошо. Это подкупало ещё сильнее. Мне стало неловко за свою холодность, ведь что на душе у Богдана я вообще ни разу не спросила.

– Я очень рада, – потянувшись к нему, я сама его поцеловала, решив проявить наконец инициативу и хоть какие-то чувства со своей стороны.