Батыева погибель

– Прости, отец, – потупился молодой князь, – но дело в том, что князь Серегин, приглашая нас к себе, Настоящей Клятвой поклялся защищать нас всеми имеющимися у него силами и возможностями. Когда он это говорил, то я чувствовал, что он говорит правду, и что пойдя за ним, я не пожалею. И скажу тебе честно, я действительно об этом не пожалел, потому что сам, своими глазами, видел ту силу, которая свернула шею монгольскому войску, и своими глазами видел замороженного Батыгу, которого оттают только для того, чтобы посадить его на кол.

Но и это не самое главное…

Пока сын, не торопясь, обстоятельно рассказывал о тех мелочах, которые он сумел подметить в тридесятом царстве и тридевятом государстве, Ярослав Всеволодович лихорадочно размышлял над тем, насколько это все правда и каким образом эту правду можно обернуть к вящей славе Великой Руси. В принципе они с этим Серегиным мыслят совершенно одинаково – лучше Руси быть единой и сильной, чем слабой и раздробленной, но пока все двигалось исключительно в противоположном направлении.

И то, что на роль Верховного Князя прочат его мальчика, тоже никакого внутреннего протеста у отца не вызывало, как и то, что власть с этого момента надо будет передавать не по лествичной системе, а напрямую, от отца к сыну. Быть может, его немного коробила необходимость вправлять мозги старшему брату – но это он сделает тихо, по-семейному, не вынося сора из терема. Мальчики говорят, что попасть отсюда в тридесятое царство к Серегину можно прямо из его палат, шагнув в открывшуюся в воздухе дыру. И если он хочет участвовать в этой игре, то обязательно должен это сделать, ибо без соглашения с Серегиным, который, как говорят люди, с неуклонной честностью соблюдает все договора, невозможно решение основных болезненных проблем Руси, которую надо просто немедленно спасать.

Двести четырнадцатый день в мире Содома. Полдень. Заброшенный город в Высоком Лесу, он же тридевятое царство, тридесятое государство, Башня Силы.

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, Великий князь Артанский.

Ну вот мы и познакомились с отцом Александра Невского, князем киевским и переяславским Ярославом Всеволодовичем, который оказался политиком того же порядка, что и его старший сын.