– Не стоим! Поскорее садимся! Быстрее, ребята, орбиту упустим! – командовал распорядитель, и другие солдаты помогали ему, поскольку сам бы он скоро не управился.
Наконец Джим тоже получил свое место, больше похожее на суперсовременное зубоврачебное кресло. Тугая перевязь из страховочных ремней стянула ноги, грудь и плечи. Затем кресло загрохотало по салазкам, и в тридцати сантиметрах от своего лица Джим увидел подголовник переднего кресла.
«Плотненько», – успел подумать он, затем справа от него с грохотом встало кресло с незнакомым капралом, а слева оказался Том Морган.
– Где там Тони? – спросил у него Джим.
– Длинный не потеряется, – сказал Том и нервно хохотнул. Джим понял, что он боится.
Откуда-то издалека донесся тяжелый перестук, словно по рельсам медленно катилась платформа. Видимо, предположение Джима было верно, поскольку корпус модуля содрогнулся от чувствительного толчка.
Последние солдаты еще рассаживались по местам, а снаружи уже запускали стартовые двигатели, похожие на длинные серебристые сигары.
Джим ошибочно принял их за баки с горючим.
– Все! Последнего закрепили! – крикнул распорядитель в переговорное устройство.
– Хорошо, уходи сам! – приказали ему по громкой связи, и распорядитель умчался по коридору, как будто здесь вот-вот должна была взорваться бомба.
– Как ты думаешь, у них все в порядке? – спросил Том.
– Сейчас узнаем, – ответил Джим.
– Эх, хорошо бы умереть, как подобает солдату, а не в нелепой аварии. Ведь правда?
– Да, намного приятнее, – раздраженно ответил Джим.
На большой панели в передней части пассажирского отделения появилась надпись «Внимание! Слегка сожмите челюсти и сгруппируйтесь».
Было слышно, как заскрипел зубами Том Морган.
Модуль дернулся раз, другой, а затем понесся вперед так, что у Джима потемнело в глазах. Когда транспорт стали поднимать на трамплин, пассажиров сильно вдавило в кресла. Еще немного, и грохот стальных желобов остался позади, однако ему на смену пришел разрывающий стену рев стартовых двигателей.
Они работали всего секунд тридцать, но Джиму показалось, будто целую вечность.
С резким металлическим щелчком модуль сбросил стартовые двигатели, и на полную мощь включился маршевый двигатель, потащивший модуль из цепких лап планетной гравитации.
Джим пытался анализировать свои ощущения, поскольку испытывал перегрузки впервые, однако и без анализа можно было сказать только одно – самочувствие хреновое.
