Беатрис

Там же мокро до чертиков, вот они и взяли несколько стульев из кухни и окунули в жидкость для розжига — так что теперь наверняка разгорелось.

Я повела Лу через дверь веранды на задний двор. И там, в саду, в свете костра, стояли все мои собутыльники, словно бы я и не расставалась с ними. Там был Беньямин, взъерошенный и раскрасневшийся, Юнас, который отгонял всех от огня, и компания громко смеющихся молоденьких девчонок."

"А я и сама не знала, обрадовалась я или расстроилась, увидев их. Все они напоминали мне о мире, который я оставила позади и который уже никогда не будет прежним.

Лу, покачиваясь, подошла к остальным, и я услышала, как она советует Юнасу подлить еще смеси для розжига. Иначе огонь скоро потухнет. Юнас сделал, как она сказала, и языки пламени поднялись почти до небес.

Не знаю, долго ли я простояла так, но достаточно долго, чтобы Ребекка успела очнуться, потому что теперь она вышла во двор и встала рядом со мной.

— Какой огонь, а? — сказала она. — Самый крутой костер, который я видела.

Я кивнула. Стало ясно, что никакого кабана попробовать не удастся — огонь уже запалил шкуру, и туша вовсю горела.

— Рассказывай, — велел Юнас, когда мы снова вернулись в дом и расселись на полу в комнате рядом с гостиной. Ему пришлось почти кричать, потому что Сванте сделал музыку очень громко.

— У меня все хорошо, — ответила я. — Но больше всего мне хочется выбраться оттуда и самой о себе позаботиться.

— Скоро все так и будет.

Юнас зажег две сигареты и протянул мне одну. Мой взгляд упал на его руку. Я вспомнила все те моменты, когда эта рука осторожно ласкала мое тело.

— Даже не знаю, — сказала я и затянулась. — Не знаю, хватит ли у меня на это нервов.

— Хватит, — уверенно ответил Юнас. — Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю.

— Все остальные, кого ты знаешь, более или менее сумасшедшие, — усмехнулась я.

— Что верно, то верно, — ответил Юнас и улыбнулся. — Так когда ты вернешься?

— Точно не знаю.

— Ты сообщишь мне? В смысле, когда выйдешь?

Я кивнула и почувствовала, что так и сделаю.

Четыре часа спустя мы ушли с вечеринки. Я сказала Лу, что никто из нас не в состоянии вести машину до «Чудного мгновения», мы слишком перепились. Наше дело плохо.