Бедовый 7. Битва за Изнанку

– Маковки еще не дозрели, поэтому семена внутри можно трогать голыми руками, – сказала Инга. – Тебе надо будет лишь высыпать их туда, куда ты захочешь. А потом…

– Облить чудо-зельем, которое ускоряет рост, – кивнул я.

– Все даже проще. В обычном режиме Бешеная маковка зреет несколько лет, прежде чем плоды разорвутся, чтобы засеять округу семенами. Вместе с разрушением плодов, высвобождается особая жидкость. Что-то вроде сильной кислоты, которая может разъесть все что угодно. Поэтому пришлось и стекло зачаровывать.

Но спровоцировать рост маковки может только одно средство – кровь.

– В смысле – человеческая?

– Это будет лучший вариант, – спокойно ответила Инга. – Но ее надо совсем немного, поэтому можно просто порезать себе руку. А потом желательно держаться подальше. Бешеная маковка разрушит все, что нужно.

Травница повернулась ко мне, сложив руки на груди. Впрочем, я и сам обо всем догадался. Настало время поговорить об оплате.

– Итак, что я получу, если дам тебе эти семена?

– Мою искреннюю благодарность? – сказал я.

И Инга опять улыбнулась. – Я думал, что не все измеряется деньгами.

– Ты прав, конечно, не все. Но в то же время все покупается и продается. Исключений нет, надо лишь знать точную цену. Или то, что нужно твоему собеседнику. И если ты знаешь цену, то нет ничего невозможного. Тогда союзниками могут стать даже те, кто прежде держали нейтралитет или вовсе были врагами.

Я тяжело вздохнул. Все-таки общаться с умной женщиной – одной удовольствие. А не общаться – другое.

Мне нравились тетеньки попроще. Или хотя бы моего возраста.

– Как бы то ни было, денег у меня нет. Да и едва ли они тебя заинтересуют. Но я могу замолвить о тебе словечко перед Великим Князем. К примеру, сказать, что Бешеную маковку мне дала Травница из Выборга.

Инга хитро сощурилась.

– Ты стал мудрей, Матвей. Или тебе кто-то подсказал, что мне интересно. Что, впрочем, тоже говорит о твоем уме. Я сомневаюсь, что ты просто попал пальцем в небо.

От этих слов почему-то похолодело внутри.

Казалось, Травница видит меня насквозь. Я вообще не очень-то хотел подставлять ту же Наталью.

– У меня сильно развита интуиция.

– Самое лучшее, что ты можешь сделать сейчас – промолчать. Не люблю, когда мужчины грубо и неискусно врут. Итак, твоя цена меня полностью устраивает. Заключим сделку?

Я был, само собой, внимателен, как никогда. Как-то стало входить в привычку, что надо следить за каждым словом. Хоть в чем-то от рубежничества был существенный плюс.