Бедовый 7. Битва за Изнанку

–Приветствую тебя, Матвей, – улыбнулся правитель.

Выглядел он паршивенько. Как дряхлый старик. Впрочем, не хуже, чем в прошлый раз. В его случае можно сказать, что отсутствие ухудшений – уже неплохое достижение. Анфалар бросился обниматься, светившись при этом улыбкой, как начищенная бляха. Правда, первый вопрос меня довольно сильно обескуражил:

– Скучает по тебе и жалеет, что вы провели вместе так мало времени.

Что забавно, Анафалар моей шутки не выкупил. Напротив, он неожиданно покраснел и сразу отошел в сторону.

– Я пришел сказать вам, что иду, чтобы убить крона.

Анфалар с Форсавараром переглянулись.

– Ты хочешь попросить у нас помощи? – наконец задал интересующий его вопрос правитель.

– Нет. Более того, я уверен, что вы менее всего заинтересованы в том, чтобы что-то изменилось. Впервые за долгое время у вас наступил мир, потому что крону плевать на вашу крепость.

– В твоих словах заключена мудрость, – ответил Форсварар. – Поэтому ты понимаешь, что в случае твоей неудачи, гнев крона обрушится на нас.

– Сейчас ты скажешь, что не готов меня отпустить, так? Вот только у тебя нет сил, чтобы противостоять мне. Сам ты не сможешь, у тебя не хватит промысла, а Анфалар не выступит против меня, потому что он мне брат по крови.

– Все так, – грустно сказал Безумец. – Брат за брата…

– Остальных воинов я не беру в расчет.

– Тогда скажи еще раз, что ты хочешь? – повторил Форсварар уже не столь доброжелательно.

– Чтобы вы отпустили со мной человека. Одного из тех, кто возвысился, убив тварь крона. И кого благословила Скугга.

– Зачем? – спросил правитель.

– Сейчас трудно объяснить, но со временем вы поймете, что так будет лучше.

Форсварар думал долго, явно размышляя, как ему поступить разумнее – послушаться меня или все же попытаться сделать по-своему. На этот случай у наглого гостя был, конечно, козырь – Стынь. Но если я его использую, тогда о любых доброжелательных отношениях в дальнейшем можно забыть.

Правитель крепости Фекой был мудрым человеком. Он знал, что если ты не способен повлиять на событие, то к нему можно попытаться приспособиться. Поэтому после долгих разговоров мне выделили уже знакомого стражника. Одного из тех троих, которые участвовали в прошлой вылазке на крона. Я даже напрягся и вспомнил его имя – Гедденар.

Рассматривая волевой подбородок, гордый взгляд и напряженное, словно готовое в любой момент броситься в бой, тело, я раздумывал.