Бедовый 8. Второй кощей

Ага, тишь да гладь, да божья благодать. Либо у меня особый талант влезать в неприятности.

— А в этот раз мне сказали найти рубежников-контрабандистов…

Произнеся это, Витя опять стал озираться. Может, у него аллергия на слово «рубежники»?

— Успокойся, у тебя шило в заднице, что ли? У меня жучков в машине нет. Каких контрабандистов?

— Понимаешь, при ввозе артефактов положено уплачивать пошлину в казну. На каждый класс артефактов своя цена. Так выходит, что уникальные вещи нет смысла ввозить, стоимость выплат окажется колоссальной.

Иными словами, дешевле их сделать у нас.

— Дай-ка угадаю, но у нас такого не делают, да? Ох, импортозамещение такое импортозамещение. Все как у людей.

Впрочем, Витя мои слова пропустил мимо ушей.

— У нас же тут граница рядом. Сейчас с чухонцами времена мирные, торговля идет бойко. Много завозят, много вывозят. И Илия стал подозревать, что часть денег уходит мимо.

— И ты нашел человека, который этим занимается, — вдруг дошло до меня.

Следопыт чуть не превратился в юлу. Хорошо, что был пристегнут.

Иначе бы развернулся градусов на триста шестьдесят.

— Витя, мать твою, я тебя щас высажу, успокойся.

— Ладно, — пообещал тот, однако глаза Следопыта продолжали бегать. — В общем, я его нашел. Молодой чухонец, всего три рубца. Но не контрабандист. Его хист как-то связан с работой редких артефактов. Суть в том, что он эти артефакты чувствует.

— Разве быть таким противозаконно?

— Нет, но границу он перешел, а на поклон, как того требует обычай, не явился.

— Какой ужас, — покачал головой я.

— Надо же, не припомню, чтобы кто-то еще так делал. Ну сдал ты его, что дальше?

Следопыт затравленно поглядел на меня.

— А… — начало доходить до меня. — Ты его, значит, не сдал. Приберег на черный день, так?

— Нет. Не совсем. Не знаю, почему я так поступил, — зачастил Витя. — Понимаешь, я уже столько лет служу воеводе и князю, но больших денег не заработал. А когда мне понадобилась помощь…

Он замолчал, отвернувшись в окну. Понятно, на лицо обида конкретной личности на государство.

Видимо, Следопыт искренне верил, что у нас социально ориентированное Княжество, а когда понял, что тут каждый сам за себя, немного огорчился. И я его понимал. Сильно богатым ратником ты едва ли станешь, а жить красиво хочется. Не каждый готов существовать по средствам. Хотя по мне, ратники получали нормально. И никто из них ни в чём не нуждался. Но, видимо, Вите этого было мало.

— Я поймал чухонца. Припугнул его, и он рассказал много чего интересного.