Бедовый 8. Второй кощей

Но по наитию случайно попала в самую точку. У нечисти подобное часто проявляется. Факт в том, что с каждым днем эффект зеркала у грифона становился сильнее. А учитывая, что эта зараза росла не по дням, а по часам, бог знает, что тут за монстр окажется через неделю.

— И как его сс… убить?

— Никаких убить! — чуть ли не закричала Зоя. — Куся просто расстроился, что забрали его косточку.

Ну не знаю, как по мне, расстроенные звери выглядят чуть-чуть иначе. Конкретно этот походил на иллюстрацию «Опасная неразумная нечисть перед атакой» из учебного пособия для начинающих рубежников.

— Я знаю, что ты меня понимаешь, — сказал я грифону. — Поэтому самое лучшее, что ты сейчас можешь сделать — это успокоится.

Тот в ответ щелкнул клювом. В переводе на человеческий это могло значить что-то типа: «Ублюдок, мать твою, а ну иди сюда…». Ну, и дальше, по тексту.

Я же шагнул вперед, давая понять, что шутить не намерен. Каким бы королевский грифон страшным ни был, он пока еще только птенец. И надо четко определить ему границы дозволенного.

Это как с детьми. Если разрешишь есть в два года конфеты перед супом, то после запретить уже не сможешь. Животные — как и дети, постоянно продавливают твои границы, проверяют, так сказать, на прочность.

Это мне все рассказывал Костян, уже не один год безуспешно воюющий с соседским котом, которого подкармливала Ольга. И вот именно сейчас я был готов согласиться с другом.

Грифон сокращение дистанции воспринял как нарушение личных границ. Нет, не стал причитать, что я вообще его не ценю и все время веду себя как абьюзер.

Он лишь резко прыгнул вперед, устремляясь когтями в область моего лица. И не обратил никакого внимания на потуги Зои удержать его. Девушка свалилась на пол, довольно сильно приложившись при падении рукой.

Я понимаю, на что рассчитывала неразумная нечисть. Читал дневник Аптекаря. У этих грифонов (в том числе и королевских) был какой-то пунктик — раздербанить обидчику лицо. Наверное, из-за жестоких фильмов и компьютерных игр, которые показывают молодым грифончикам в горах.

Иных объяснений у меня не было.

Либо Куся неосознанно понимал, мой хист против него бесполезен. Я же говорю, у меня создавалось ощущение, что эта нечисть не такая уж и неразумная. Скорее даже наоборот.

Грифон не учел другого. Что я могу пользоваться промыслом не только для атаки, но и для собственной защиты. А уж что благодаря девяти рубцам я значительно быстрее, чем обычный, пусть и интересного вида, птенец точно не знал.