Бедовый 8. Второй кощей

Старина Форсварар. Как мне жаль его! Но ему действительно будет приятно, ведь он там совсем один!

Пока мы шли до холма, на котором располагался донжон правителя, я заметил одну особенность. Все двери, несмотря на еще не поздний час, оказались закрыты, свет в окнах потушен, а на улицах не было ни души. Все правильно, Фекой — крохотная крепость. Новости здесь разносятся быстро. Волю ее жителей не смогли сломить ни твари, ни лично пришедший в гости крон, ни нашествие наемников. Зато это удалось пьяному Безумцу.

К слову, с холма я разглядел костры на равнине за поселением. Видимо, там и обитали те самые посланники Великих Городов. Что интересно, располагались они на определенном расстоянии друг от друга. Наемники явно не жаловали коллег. Кто знает, может, на этом удастся сыграть?

Теперь все было по-другому. И стражники, расступающиеся лишь при нашем появлении. И тронный зал, который словно растворился в темноте — здесь не горели факелы и масляные светильники. Что уж говорить про маленькую комнату в дальней части донжона, где оказалась опочивальня Форсварара.

И надо сказать, что правитель действительно выглядел плохо. Нет, в чужанском смысле это не проявлялось. Он разве что напоминал долго болеющего старика, который все никак не мог отдать богу душу. Без всяких этих мерзких запахов немытого тела и лекарств. Но вот в рубежном смысле…

Форсварар действительно оказался дырявым словно решето. Я видел, как сила медленно, но вместе с тем неотвратимо уходит из него, стекает с кровати на пол и там уже расплывается в стороны.

— Матвей, — слабо улыбнулся правитель.

— Форсварар, — поклонился я.

— Мой друг Форсварар! Мы решили, что тебе будет приятно, если мы навестим тебя. Правда, ты говорил, что никто из наших людей не должен видеть тебя в таком состоянии! Об этом я почему-то вспомнил только что. Но так Матвей и не наш человек. Я имею в виду…

— Анфалар, я понял, — ответил правитель. — Сядь на стул, мне кажется, ты устал.

— И выпей за здоровье нашего великого Форсварара! — предложил я под укоризненным взглядом того, за кого предлагалось поднять бокал.

Правда, нужной посуды не нашлось, поэтому Анфалар вытащил со Слова злополучный огромный кувшин и сделал несколько больших глотков прямо оттуда.

В отличие от Форсварара, я имел определенный опыт общения с пьяницами. И дело не только про мою нечисть. Поэтому видел, что Безумец почти подошел к состоянию, близкому к околонулевому.

Так и случилось.