Бедовый 9. Царь царей

Почему-то все считали, как бы это помягче сказать, что я без царя в голове, но Дмитрий сумел удивить даже меня. Что страшнее всего, парень он оказался с фантазией и инициативный. Ужасное сочетание.

— И когда к тебе пришли и надавали по жопе? — вкрадчиво поинтересовался я.

— Через неделю, — грустно опустился обратно в кресло Алангард. — Или даже меньше, дней через пять. Не просто пришли, с воеводой приехал какой-то человек князя, молодой такой.

— Прошлого князя? — догадался я.

— А звали этого молодого человека Башка?

— Не знаю, мне он не представлялся, — честно ответил Рассказчик.

 — Сказал только, чтобы всю собранную информацию я систематизировал и сохранил для личного пользования князя. А из общего доступа все удалил. Вот только как хист развивать не сказал. Теперь вот сижу, чешу по чужанским новостным сайтам, читаю брифинги, пресс-конференции, потом на форумы или телеграм-каналы выкладываю. Конечно, уровень не тот, но и то хлеб. Илия сказал, что если еще один залет будет, он меня лично удавит.

— Да, весьма похоже на нашего великодушного воеводу, — признал я. — Так, погоди-ка, ты сказал, что давно хотел познакомиться. Значит, что-то обо мне знал?

— Конечно. Вот ты вроде молодой, а мыслишь как все эти старперы-рубежники. Информация — самый ценный ресурс. И тот, кто обладает им, может управлять миром.

— От человека, который не способен самостоятельно повесить себе турник, звучит интригующе.

— Я мог второй раз обидеться, но не буду, — великодушно махнул рукой Дима.

 — Мне хватило всего месяца, чтобы наладить работающую сеть информаторов. И скажу больше, в ней много ратников самого воеводы.

— Блин, Матвей, так информация же, говорю! Они мне сообщают, что произошло здесь, я делюсь с ними сведениями, которые нужны им. Нормальный такой «чейндж» — все довольны. И мне плюсик в карму. Ну, в смысле, в хист.

— Есть же книжная клеть в Подворье, — вспомнил я. — Там тоже все доступно. И библиотекарь приятный парень.

— Бумажные книги, — Дима сделал такое лицо, словно я проронил какое-то жуткое ругательство.

 — Давай тогда вместо денег в магазинах использовать шкурки животных, а кто прав выяснять посредством поединка насмерть.

— Ты практически описал обычный рубежный день.

— Книги — это анахронизм, пережиток, — не унимался Дима. — Будущее за цифровой информацией.

— А в детстве читать тебя, наверное, по планшету учили, да? — задал я риторический вопрос. — Ладно, чего тут спорить.