Бедовый 9. Царь царей

Впрочем, никакого удовольствия при этом я не ощущал, скорее даже наоборот, чувствовал себя некомфортно. Словно выпросил все это. Вот когда меня обнимал Митя все было как-то более натурально, что ли. Теперь я лишь ждал окончания данной процедуры.

— Я не знаю, что произошло, — скороговоркой стала рассказывать Зоя. — Мы гуляли снаружи, а потом в него… словно бес вселился. Ну, не наш, я про выражение такое. Куся стал метаться, пищать, а потом побежал. Я пыталась его догнать, но он улетел.

Чужанка опять всхлипнула.

— Это из-за меня, да?

— Ты тут ни при чем. Просто в нашем мире произошло нечто экстраординарное. Вроде вспышки на солнце. Вот грифон на это остро и отреагировал.

— Матвей, ты найдешь его? Ради меня?

Я посмотрел на нее пристально. Наверное даже чересчур.

Первым делом, когда я зашел в дом, я кинулся к Мите. Затем вспомнил о бесе. Зоя с грифоном шли в последнюю очередь, и то в связке. Нет, найти Кусю действительно надо. Но не потому, что я очень по нему скучаю. И не ради Зои. Просто как бы в таком состоянии молодой грифон не начал рвать на части людей.

— Конечно найду ради тебя.

Чем старше становишься, тем явственнее понимаешь, что многие правила, которые нам вдалбливали с младых ногтей, — не более чем условности.

Если съесть шоколадку перед ужином, то ничего ужасного не случится. Если ты не умираешь на работе, то рано или поздно все равно можешь достичь определенных успехов. И с незнакомыми вполне можно разговаривать, потому что не все хотят тебя убить (конечно, не в случае с рубежниками).

Сейчас я больше всего хотел сделать то, за что в армии бы сгноили — прилечь на заправленную кровать и поспать пару часиков. Ну, или не пару. Да и кровать я мог расправить, мне не жалко.

Однако вместо этого пришлось ехать непонятно куда, чтобы найти грифона. Это еще хорошо, что Зою я оставил дома, аргументируя тем, что вдруг Куся решит вернуться. Вроде бы сработало. По крайней мере, спорить она не стала.

А вместо девушки я взял симпатичную во всех отношениях (кроме одного) лихо. Удивительно, что вместо общества прелестной бывшей начальницы я выбрал Юнию. Не потому, что та была бы попросту полезнее. Нет, руководствовался я как раз не логикой, а какими-то внутренними ощущениями.

— Едва ли эта сс…. тварь в город ломанется. Она людей как-то не особо…

— А кто вообще людей любит? — философски заметил я.

— Ты любишь. Вон как за них сс… задницу рвешь.