Бедовый 9. Царь царей

Если все мои непродолжительные отношения разложить на схемы или формулы, то вывод оказывался бы одинаков: «Просто так сложилось».

Хотя вру, Костик дал мне еще один «правильный» совет: «Просто будь собой». Ага, план надежный, как швейцарские часы. Просто «будь собой» Короткова Константина — симпатичного, высокого, с подвешенным языком — и «будь собой» лопоухого Матвея Зорина — совершенно разные. Хотя определенный смысл в словах друга имелся. После долгих неудач и поражений надо оставаться собой, чтобы не пришлось ради призрачной симпатии всю жизнь притворяться.

К примеру, данная философия привела меня к сегодняшней точке на жизненном отрезке. А именно к двум сидящим на кухне красавицам, отличным друг от друга настолько, насколько вообще могли быть разными женщины. Холодная и собранная Зоя сидела лицом к двери, закинув ногу на ногу и нервно ей покачивая. А вот даже по спине Наташи я понял, что она сейчас улыбается. Или очень старается скрыть улыбку.

Едва завидев меня, Зоя подскочила с места. С явным желанием поинтересоваться судьбой грифона.

— Матвей, жутко рада тебя видеть.

Наташа подошла и показательно поцеловала меня в щеку. Ну да, само собой, чтобы позлить Зою, раньше у нас таких приветственных ритуалов не наблюдалось.

— Какими судьбами? — совершенно искренне спросил я.

— Неужели я не могу заехать к тебе в гости просто так? — будто бы даже удивилась Наталья.

Правда, встретив мой полный нордического спокойствия взгляд, рассмеялась:

— Зоя, если тебе не трудно, посмотри, что там с баней?

— С баней? — побагровела девушка.

— С баней. Гриша обещал воды натаскать в котел, чтобы вечером можно было затопить. И дров наколоть.

Из-за подобной напраслины где-то на антресоле зазвенели кастрюли. Впрочем, бесу хватило благоразумия не выдавать себя.

— Мне… проверить? — все упиралась Зоя.

Блин, а я искренне считал ее умной.

— Тебе! Проверить! — ответил я, добавив в голос чуть больше стали.

Только после этого Зоя, обиженно пытаясь сжечь ноздрями весь окружающий воздух, шумно пошла на выход.

— Из-за нее, что ли, мы перестали дружить телами?

— Как это вульгарно звучит. В любом случае, не имеет значения, — ответил я.

— Не то чтобы я не одобряю, но стоит ли из-за одной женщины ставить на себе крест?

— Считаю дни до момента, когда стану импотентом, — вздохнул я. — Давай уже к делу. Как говорится, сиськи-письки отдельно, котлеты отдельно.