Бедовый 9. Царь царей

— Действительно, у тебя уже мозоль на языке должна была образоваться, — поддакнул Ладослав. — Я понимаю, что это был твой подопечный в Стралане. Но сколько веков минуло?

— Рубежники не просто так изуродовали его тело. Они вытащили сердце и совершили с ним темную магию. Они использовали силу Осколков, чтобы создать великий артефакт. И…

— И уже много веков никто даже не слышал об этом. Брат, ты себя накручиваешь.

— Дай Ось, чтобы это оказалось так, — тихо произнес Феослав, однако было заметно, что он остался при своем мнении.

Забавно, что впервые за все это время я действительно захотел встретиться с воеводой. Сказал бы мне кто-нибудь о подобном еще месяц назад, я бы даже рассмеялся. Сейчас же мне было не до смеха. А все почему? Все просто — я очень не любил, когда кто-то хитрожопый и большелобый без твоего участия решает твою судьбу. Тут должна была быть сноска для тех, кто не догадался, что речь шла о чурах.

Понятное дело, что подобное происходит в нашей жизни довольно часто. Родители говорят, куда нам необхоимо пойти учиться.

Работодатели объясняют, почему тебе очень нужно задержаться на работе, а не мчать домой смотреть любимые сериалы. Жены приводят аргументы против покупки игровой приставки и за приобретение навороченного кухонного комбайна.

Вот только даже в приведенных примерах есть хоть какое-то подобие выбора. В том числе в случае с мифической супругой. Чуры всякой глупостью, начинающейся на «демо» и заканчивающейся на «кратия» не заморачивались. Партия нечисти сказала: «Надо», значит, «Бедовый» должен подорваться и сделать.

Мнения несчастного рубежника по этому поводу никто спрашивать не собирался.

Что интересно, за все время пути Рехон не произнес ни слова. При этом не создавалось ощущения какого-то напряженного молчания. Я всегда считал, что настоящий друг — это не тот, с кем есть о чем поговорить, а тот, с которым комфортно помолчать. Получается, для проклятого кощея я действительно проходил по этой категории. Вот только подобное не работало в обратную сторону.

Я был очень сильно напряжен.

Рехон заговорил лишь когда я припарковал машину у Ратуши. Проклятый кощей искренне не понимал, почему бы не подъехать прямо к замку. В его сознании разрыв между рубежниками и чужанами был еще больше, чем у местных. И, думаю, подобное обстоятельство вряд ли можно чем-то исправить.

Я не стал ничего объяснять, сказав, что просто так надо. После чего мы вновь замолчали и направились по Крепостному мосту, каждый занятый своими мыслями.