Бедовый 3. Княжий человек

— Так я ни фига не знаю! — искренне возмутился я. — Можно им как-то это передать?

Врановой снисходительно усмехнулся. И вот теперь в его улыбке не было ничего доброго.

— Боюсь, что уже поздно. Созвездие всегда доводит дела до конца. Если уж они так прокляли Спешницу, что она умерла…

Договаривать он не стал, да и я без этого все понял. Чай не дурак. Интересно, почему же меня точно таким же способом не умертвить? Значит, что-то у них там пошло не так.

— Да и, я думаю, ты скоро обо всем сам узнаешь, — закончил Врановой.

— Это каким образом?

Вместо ответа рубежник похлопал по тетради. И до меня дошло. Ну да, вся информация, помещенная в нее, рано или поздно открывается обладателю хиста. И, видимо, старуха оставила на этот случай послание, так сказать, потомкам. Интересно только, на каком рубце. А еще любопытнее было другое.

— Успею ли я повыситься до того момента, пока меня не убьют?

— Не знаю, — честно признался Врановой.

— И что делать?

— Не знаю, — повторил он. — Ты спрашиваешь у меня, словно я твой старый друг.

Я лишь исполнил обещание и рассказал тебе все, что знал. Шуйский приказал мне найти тебя и убить. И я слушался.

— Теперь ты ему не служишь?

Врановой посмотрел на меня даже с толикой жалости. Как на умственно отсталого.

— Меч годится для боя, только когда остро заточен. Никто не бьется негодным клинком. И еще всякое растение знает свое время.

— Всякое семя, не растение, — поправил на автомате я. — В поговорках главное рифма, понимаешь? Хотя мысль я уловил.

Ты теперь вроде вне закона и Шуйский от тебя отвернулся. Блин, почему так все несправедливо? Я этого князя даже не знаю.

— Жизнь вообще довольно несправедлива, — заключил Врановой, поднимаясь и убирая тетрадь. — Особенно, если на тебя обратили внимание те, кто сильнее.

— Постой, — вскочил я следом.

— Сначала ты не хотел впускать меня, а теперь не хочешь, чтобы я уходил."

"— Ты не сказал, где мы встретимся для обмена.

— Почувствуешь, — ответил он.

— Так надежнее. И можно будет избежать ловушки.

— Врановой! — позвал рубежника я, когда он почти дошел до порога. — Ты жезл забыл.

— Не забыл. Тебе нужно что-то предложить Инге, чтобы она согласилась. Что-то мне подсказывает, едва ли у тебя есть достойные вещи, чтобы заинтересовать ее. Эта может подойти.

— А если она не согласится.

— Я приду за жезлом. Но лучше бы, чтобы она согласилась.

Затем рубежник ушел, оставив меня в состоянии прострации.