Бедовый 3. Княжий человек

Может быть я не пример для подражания, но человек действительно с моральными принципами. И в каких-то районах нашего города меня даже можно было бы назвать хорошим.

— Вроде все сказал. А, разве что про темную магию…

— Это я так понял — нельзя категорически.

— Только с особого разрешения Великого Князя. Но, то редкость. Ну, вроде и все. Что надумал? Присягнешь? — будто бы чуть насмехаясь, спросил воевода. — Или походишь по другим землям? Всех посмотришь?

— Присягну. Презентация и оратор признаны удовлетворительными.

Вот блин, не знаю, как это получается. Вроде бы не собирался шутить, а чуть расслабился, как оно само все полезло. Но, видимо, голова воеводы была занята чем-то другим. Потому что услышал он первое слово.

— Подойди, Матвей, ко мне. И опустись на колено.

Я послушался. Правда, ощущал себя немного глупо. Прям как в каком-то рыцарском романе. Да еще и внешний интерьер вполне соответствовал.

Илия тем временем поднялся и я понял, что не ошибался относительно его роста. Воевода оказался просто громадным.

Он чуть наклонился и положил мне руку на голову.

— Я буду говорить вполголоса, а ты повторяй, но только уже громко.

Если бес и пытался подслушать с той стороны двери, что здесь происходит, то теперь бы у него получилось. Потому что по залу прогремела, пусть и с небольшими паузами, клятва нового рубежника.

— Я, Матвей Зорин, обязуюсь служить Великому Князю Новгородскому на благо его и благо его людей. Клянусь обнажать меч каждый раз, когда того требует нужда, вставать на защиту земель при их угрозе, соблюдать законы и чтить обычаи.

И если отступлюсь, то пусть объявят меня вне закона и любой последний рубежник преследует и насмехается надо мной.

— А теперь кольцо, — сказал воевода.

Он убрал руку с головы и поднес к лицу десницу с массивной печаткой. На ней было изображено странное животное. Голова коня, лапы то ли тигра, то ли дракона, а хвост вообще непонятно чей. Длинный и с завитушками.

Мне хватило ума и такта не спрашивать в такой ответственный момент, что это за чудище.

Не очень хотелось начинать новую карьеру рубежника с такой неловкости. Правда я пару секунд колебался, однако, после все же прикоснулся губами к кольцу.

И одновременно с этим старался не думать, сколько человек до меня занимались тем же самым.

Вот только стоило губам коснуться печатки с изображением диковинного зверя, как что-то произошло. Я не мог объяснить, что именно. Будто на меня надели какие-то легкие доспехи и появилось ощущение защиты.