Бедовый 3. Княжий человек

Правда, с таким озлобленным видом, что я начинал всерьез опасаться за свое эмоциональное и душевное спокойствие. Нет, навредить она мне, конечно, напрямую не сможет. Однако испортить жизнь, пока мы не пройдем все пункты мелким шрифтом — это пожалуйста.

— По поводу последнего. Как я понял, прясти — твое хобби. Я в это не вмешиваюсь. Просто по возможности, если, конечно, сможешь, делай это чуть потише. И вой тоже.

— Вообще-то я пою, — почти обиделась Марфа.

— У нас просто Гриша — нечисть с абсолютным слухом.

На этом наш разговор был закончен. Я считал, что вел себя в высшей степени дипломатично, применяя метод кнута и пряника. В смысле, не бил твердым пряником, когда ломался кнут. А старался показать свою жесткость и непреклонность, чередуя ее с вежливостью.

Что еще хорошо, моя нечисть осталась вполне удовлетворена проведенными переговорами. Точнее, Гриша остался. Он так и сказал: «Молодец, хозяин, правильно ее пропесочил. Если бы я мог, я бы сам ее и в хвост, и в гриву».

Мне же стало ясно другое — с кикиморой мы не уживемся. Изначально мне просто везло с нечистью. Даже с любвеобильным алкоголиком по имени Гриша. Но вот Марфа — иное дело. Бывает так, что проведешь ночь с девушкой и понимаешь — надо бежать, иначе ее тараканы загрызут тебя. Думаю, в голове кикиморы водятся какие-то серьезные термиты. Ладно, ничего страшного. У меня есть идея, кому именно ее можно сплавить.

На повестке дня осталось кое-что еще не менее важное. Я обзавелся дополнительными артефактами. И хранить все по-прежнему в рюкзаке было бы глупо. Поэтому после душа и чашки кофе я отправился к себе. Наказав Мите пожарить яичницу. Судя по тому, что у него с негодованием отобрал сковороду Гриша — завтраку быть.

Я же заперся у себя в комнате и начал судорожно думать над самым важным. О слове для Слова.

Первое, что пришло в голову — флюгегехаймен. Я даже представил, как кричу: «Внесите флюгегенхаймен» и вытаскиваю из Слова… что-нибудь эдакое.

Только это не подойдет. Думаю, едва ли у меня одного такое прекрасное чувство юмора. Да и фильм слишком известный. Не хотелось бы связать форму Слова с этим странным инструментом для противоестественных утех и потом погибнуть. Представляю, что будет написано у меня на могиле: «Умер от разрыва… хиста».