Но вот стены, окружавшие нас на пути, казались вполне неплохими и не вызывали неприятных чувств. А те, которые располагались поперек коридора заставляли недовольно хмуриться.
— Тупик, сс… — озвучила увиденное Лихо.
— Молодец, награждаю тебя внеочередным воинским званием. Теперь ты не капитан Очевидность, а майор Явность.
— Я смотрю, ты веселый, когда сс… не нужно. Пошли, теперь два дня станем проход к центру искать. Я вообще не в курсе, что будет, если сс… мы не выйдем до наступления утра.
Да, кстати, подобное мне в голову не приходило.
Испытание временем виделось вообще не самой серьезной угрозой. На повестке дня стоял волот с его желанием убить любое существо, которое попадало в Башню. А если последняя закроется, пока мы будем внутри? Нас расплющит или удастся выбраться при следующем полнолунии?
Вот только ждать месяц — удовольствие не из приятных. Это еще хорошо, если мы добредем до центра лабиринта и там окажется склад сухпайков и родник. Иначе как протянуть все это время без еды и воды?
Правда, я немного сомневался в наличии подобной роскоши.
Да и волот никак не тянул на прапорщика, заведующего провиантом. Значит, надо как можно быстрее отыскать этот центр лабиринта.
— Погоди, — сказал я, доставая отданные великаном вещи.
Меч, похожий на крестик, я убрал обратно. Здесь он точно ничем не сможет помочь. Меня заинтересовал драгоценный камень. Круглый, с множеством граней, вроде как и правда бриллиант. Ну да это сейчас совсем неважно.
Самоцвет покорно лежал на руке, явно не собираясь мне помогать выжить.
Нет, не может быть так все незатейливо. Не случайно Аптекарь (а я не сомневался, что именно он) выдал его Градиславу. Значит, эта штуковина как-то связана с главным артефактом. Если раньше, когда форма лабиринта сохраняла свою целостность, камешек работал напрямую, то теперь эта связь нарушилась.
Я поскреб в затылке, усиливая умственную деятельность. Возможно, у мужиков там действительно есть какие-то настройки, заточенные на связь с космосом или высшим существом. Потому что я часто замечал — стоит почесать макушку, как решение приходит само собой.
Да, не всегда гениальное и подходящее. Но тут можно сетовать на плохую трансляцию сигнала.
Нынче мне пришло в голову просто подвергнуть самоцвет влиянию хиста. А что? Каждый рубежник знает: в любой трудной ситуации — выплескивай промысел. Что я и сделал.
Меня нельзя было назвать величайшим мыслителем современности. Всю свою жизнь я больше полагался на тело, редко задействуя голову.
