Беги, детка, беги [ЛП]

Что еще я не замечала? У тебя есть огромная папка с моими обнаженными фотографиями. Выглядит так, будто ты одержим.

А еще наше видео.

Я могла бы удалить его — но тогда у тебя больше не будет ничего, чем ты сможешь меня шантажировать — и просто закончить с этим. Вот почему я оставляю его. Кроме того, у тебя наверняка где-то есть его копия. Я смотрю это видео и впервые осознаю, как ты смотришь на меня, когда у нас нет зрительного контакта. Я стою на четвереньках на твоей кровати, а ты стоишь сзади. Ты не трогаешь меня, а только смотришь.

Смотришь так, будто думаешь обо мне то же самое, что я всегда думаю о тебе — насколько ты горяч. Как будто хочешь сожрать меня живьем. И как будто уже слишком много ко мне чувствуешь."

"Где ты, Мейсон? Мне тебя не хватает.

24. Мне все равно, Эмилия

МейсонПохолодало. Наступила осень, и я возвращаюсь с Мисси домой.

Мне стукнуло двадцать четыре, и в тот день я нюхал кокаин с живота какой-то проститутки. За последние недели я убивал себя всеми возможными способами, лишь бы держаться от тебя подальше.

Мне хотелось отсутствовать подольше, но не получилось, поэтому я здесь.

Я подъезжаю на своей машине, зная, что вы меня уже слышали. По крайней мере, отец знает звук моей выхлопной трубы. Кажется, я все еще под кайфом после вчерашнего и полностью убит всем остальным дерьмом, которое принял за последнее время. Я просто хочу лечь в свою постель и забыть о тебе, Эмилия. Но прежде мне нужно на секунду увидеть тебя. Дерьмо, я ненавижу свою жизнь.

Выпускаю Мисси из машины. Она так сильно радуется вернуться домой. В отличие от меня. Мама ловит меня на пороге.

— Боже, Мейсон, ты вернулся! — кричит она и обнимает меня. Я почти безразлично приобнимаю ее. Во мне что-то сломалось, Эмилия. Я больше ничего не чувствую. Мне плевать, будешь ли ты с ним трахаться, уедешь или останешься. Мне даже все равно, волновалась ли мама и что сейчас она плачет.

— Господи, где ты был? — всхлипывает она.

— Со мной все в порядке, мам.

 — Она растерянно смотрит на меня, когда я мягко отодвигаю ее в сторону. Мисси проскальзывает мимо нас в дом, и я слышу, как она лает и прыгает на всех от радости. Даже на тех, кто ей не нравится. На тебя. И на придурка.

Я захожу внутрь, и следующий, кого я вижу — папа.

Он выглядит таким же усталым, как я себя чувствую, Эмилия. Он смотрит на меня, я смотрю на него, и понимаю, что он знает, что семь недель моей жизни улетели в трубу.