Беги, детка, беги [ЛП]

Ты, наверное, тоже так думаешь, но я вижу, как тебе неудобно. Знаешь, когда тебе удобно, Эмилия? Когда мой член в тебе. Когда ты стонешь и даешь волю похоти. Когда под моими руками в тебе просыпается другая сущность. Когда я целую тебя и чувствую, как твое дыхание останавливается, и когда ты стоишь передо мной, и я приказываю тебе раздеться. Когда ты видишь желание в моих глазах, и это заводит тебя, детка.

Дерьмо, я хочу тебя.

Сейчас.

Мой отец только что предъявил мне ультиматум, что делает все это еще более восхитительным.

Прости, папочка. Я стою в коридоре. Отсюда только ты можешь видеть меня, потому что сидишь в кресле. Райли и мама уселись на диван. Райли всегда сидел рядом с мамой, еще когда мы были моложе. Он всегда боялся, что может потерять ее.

Ты сразу же видишь меня, как всегда. Ты чувствуешь меня. Постоянно. Я выдрессировал тебя. Успешно.

Кивком головы приказываю тебе следовать за мной. Ты неуверенно смотришь на Райли, а потом незаметно качаешь головой.

Я поднимаю брови.

Это, как минимум, десять ударов, Эмилия.

Равнодушно остаюсь стоять на месте и смотрю на тебя. Я знаю, что ты не можешь долго выдержать моего взгляда.

— О чем опять разговаривают эти мужчины в бункере Китона? — мама спрашивает Райли. — В этом доме постоянно какие-то тайны.

Этот придурок смеется. Я ненавижу, когда он смеется, Эмилия.

Разворачиваюсь и иду в гостевой туалет на первом этаже, потому что знаю, ты придешь.

Уборная достаточно большая, чтобы мы поместились там вдвоем.

Я опираюсь об одну из двух раковин и скрещиваю ноги в лодыжках. Про себя считаю от десяти, и, как всегда, ты приходишь на двух. Отлично.

Ты закрываешь за собой дверь и поворачиваешься ко мне.

— Так не пойдет, Мейсон, — возмущенно говоришь ты и вскидываешь свои обнаженные худые руки в воздух."

"— Повернись и наклонись над стиральной машиной, Эмилия, — безэмоционально отвечаю я.

Кровь медленно отливает от твоего лица, и ты перестаешь дышать. Ты задумываешься над тем, чтобы отказать мне и получить еще больше наказания.

Последние месяцы были очень поучительны для тебя.

Нерешительными шагами подходишь к стиральной машинке, наклоняешься, опираешься обеими руками и поворачиваешься ко мне. Я всегда хочу видеть твое лицо, детка.

— Подними платье.

Ты повинуешься; на тебе нет трусиков, как я и ожидал. Твое счастье, мое невезение. Сначала подхожу к тебе сзади и прижимаюсь возбужденным членом к твоей попке.