Беги, детка, беги [ЛП]

Отличник во всем, адвокат по делам защиты природы, высшее образование закончено с отличием, тридцать лет, и добился того, чего мой отец добился только в тридцать пять. Мы все это знаем. И я знаю, как он трахается, Эмилия. Он выключает свет, ложится на тебя сверху и делает это, пока сам не кончит. Из-за его протеза он вундеркинд. Он такой особенный, так часто повторяет моя мать, и мой отец боготворит его, даже несмотря на то, что он вылез не из его яиц, а из яиц какого-то неудачника. Папа усыновил Райли.

Ты сидишь напротив.

И вообще, почему ты всегда сидишь напротив меня?

И не отрываешь от меня глаз — я приказал тебе всегда смотреть на меня — и ты знаешь, что произойдет, если ослушаешься, Эмилия.

Твои длинные, до пояса, черные волосы, которые я с удовольствием наматываю на кулак, спадают на плечи легкими локонами. Это твоя прическа невестки. Я уже ее знаю. Таким образом ты хочешь понравиться моим родителям, особенно моему бессердечному отцу. Это не так просто, Эмилия. Некоторые уже пытались это сделать, но потерпели неудачу.

Уже двенадцать месяцев ты не можешь найти к нему подход, и я знаю почему. Как и я, он прекрасно видит, кто ты есть на самом деле. Он не доверяет тебе, и возможно знает, что ты принадлежишь мне. Твои полные губы, которые сегодня, как обычно, не накрашены в шлюховато-красный цвет, смыкаются вокруг вилки, и я вспоминаю, как они недавно ощущались на моем члене.

Хммм, я люблю, когда ты мне сосешь, Эмилия.

Ты смотришь на меня своими бирюзовыми глазами, и я снова спрашиваю себя, как мой старший брат может быть настолько слепым.

Ты же трахаешь меня взглядом. Ты не можешь дождаться, чтобы остаться со мной наедине.

Ты такая шлюха, и мне так это нравится.

Совесть я давным-давно потерял. Если честно, даже не знаю, была ли она у меня когда-либо. Но ты это уже заметила, Эмилия."

"Твое маленькое чистое лицо едва накрашено, кроме больших темных глаз, которые всегда на меня так невинно смотрят, когда ты стоишь передо мной на коленях. На тебе красное летнее платье, и, в качестве исключения, бюстгальтер, но никаких трусиков.

Ты всегда должна приходить так, чтобы у меня был немедленный доступ к тому, что принадлежит мне.

— Мейсон! — рявкает мой отец. Только ему удается сделать так, чтобы я вздрогнул, больше никому. Быстро поворачиваю голову, разрывая с тобой зрительный контакт, и смотрю в точно такие же глаза, как и мои. Моя мама всегда говорит, что мы до ужаса похожи, и не только внешне.

— Да? — скучающим тоном спрашиваю я.