Мне, правда, пришлось незаметно провести ритуал, направленный на то, чтобы замести следы. Может, я придумала себе, но мне кажется, она догадалась об этом. Но только поулыбалась, покачав головой:
— Ох, деточка! Разве же можно скрыться от своего дракона.
Днем я помогала ей в лавке, по вечерам мы с ней пили чай в гостиной с плюшками. Она щедро делилась со мной своими знаниями. Многое из того, что я она мне рассказала, я уже знала. Однако я узнала от нее много нового. Она помогла мне разобраться с картами, подаренными мне Бастианом.
— Тут ведь, что главное? Не то, что на них нарисовали. А какие видения эти картинки в твоей голове провоцируют. Вот возьмем твоего дракона.
И карты быстро вылетают из-под ее пальцев.
— Вот я вижу, что он ищет. Вижу, что любит. А ты, глупая, сохнешь по нему, но бежишь. Меня в этом деле обмануть нельзя. Я сразу вижу к кому ниточки судьбы твои тянутся.
Тетушка рассказывала мне истории из своей молодости, с гордостью отметив, сколько несчастных судеб она соединила.
— У нас в старину таких, как я, называли свахами.
А какая же я сваха? Так, только дорожку перед суженными расчищаю.
В один из обычных дней в лавку зашла парочка и попросила погадать им на будущее.
Пока Мари раскладывала карты, я со щемящим сердцем наблюдала за этой парой. Они терлись друг об друга носами и говорили всякие нежности, ворковали, дарили друг другу нежные поцелуи.
Эта картина так тронула меня, что еще долго я сидела, глядя в пространство и не замечая, что по щекам текут слезы.
— Да ты не плачь, душечка. Найдет твой зверь тебя. Да только и ты не гони его. Судьба одна у вас, милая.
Ох, Мари. Разве же может быть общей судьба у царственного дракона и простой лесной ведьмы?
— Может, может, — пробубнила старушка и взяла с полки плюшевого медведя. — Пойду, прогуляюсь, — сказала она.
А я осталась сидеть, удивленно соображая — она мои мысли прочитала, или я разговаривала вслух?
Чтобы занять себя, я взяла махровую тряпочку и стала убирать на полках, где стояли всякие магические атрибуты.
Многие из них были просто симпатичными безделушками, а в иных вещах я и правда чувствовала силу."
"Зазвенел колокольчик над входной дверью. Я еще не успела повернуться и поприветствовать посетителя, как просто у моего уха раздался вкрадчивый голос.
— Велма?
Каждый мускул в моем теле превратился в натянутую струну, стоило знакомому голосу раздаться за спиной. С приоткрывшихся губ сорвался судорожный вздох, и я медленно развернулась.
