Маленькая юркая девушка, увидев меня, на мгновение замерла, а затем убежала. Ну вот, жди теперь гостей. Я едва успела завернуться в покрывало, как двери опять открылись.
В этот раз мне повезло больше — мои худшие опасения не сбылись. Двое крепких слуг в обеих руках несли ведра с дымящейся водой. Сделав вид, что меня вовсе не существует, они зашли за узорчатую ширму, которую я сразу и не приметила. Вместо них в комнату впорхнули две миловидные девушки, поглядывавшие на меня с огромным интересом. Они помогли дойти на нетвердых ногах за ширму.
Я чуть не охнула. За ней стояла ванна из темно-зеленого камня на позолоченных ножках. А может, и золотых. В ней могли поместиться еще три меня.
Не спросив разрешения, они сдернули с меня рубаху и помогли опуститься в душистую воду.
Чуть не с истеричным хохотом я вспомнила, как Вики еще совсем недавно ""ухаживала"" за мной.
Но как же отличалось то, что происходило этим утром. Движения девушек были нежными и невесомыми. В то время, как одна, едва касаясь, терла мочалкой мое тело, другая девушка мягко массировала мне голову.
Едва не заснув под их томные движения, я вдруг вспомнила, что не должна разлеживаться нагишом в покоях чужого мужчины. Вскочила, напугав неожиданным резким движением девушек. Но они пришли в себя очень быстро и вскоре меня уже обтирали мягкой тканью, расчесывали мне волосы. Я впервые увидела такое благоговейное выражение на лице девчонки, орудовавшей расческой.
— Никогда бы не подумала, что бывает такой цвет, — тихо прошептала она.
Мне было приятно. Даже очень. Не просто ведь меня назвали ""рыжей"". А с придыханием… ""такой цвет"".
Шелковое белье, нежное изумрудное платье, обшитое мелкими камешками. Оно так шло к моей побледневшей за время болезни коже и ярким волосам.
— Где вы хотите завтракать, госпожа? Может, накрыть вам в саду?
В саду? Значит, я не пленница.
— Да, спасибо, пусть будет в саду.
Я провела в одиночестве несколько дней. Слуг я не считаю, потому что они общались со мной очень кратко и лаконично.
Принести? Накрыть? Что изволите? На все мои попытки прояснить цель моего пребывания в этом, огороженном от другого мира, раю, они отвечали гробовым молчанием. Вскоре я перестала допытываться и наслаждалась тишиной. Иногда, гуляя по саду, я ощущала на себе чей-то взгляд. Но сколько бы раз я ни поворачивалась, пытаясь застать того врасплох, я ни разу никого не увидела. Но то, что этот ""кто-то"" существовал — я не сомневалась.
