Я бесплатно батрачил на Дургар, пока… не доказал, что меня оклеветали.
— Вы доказали, что не замышляли заговор?
— Да. Все обвинения оказались надуманными. Это вскрылось после смерти твоего отца, вылезла переписка, свидетели. Мои люди тоже не сидели сложа руки и, пока я гнил в ссылке, старались обелить мое имя. В итоге опозорен лорд Кайен. Поздравляю, ты дочь вора.
— Но я не подставляла вас! Я не могла! Это так глупо…
— Прямых доказательств против тебя нет, но ты бежала. Разве невиновные убегают? И твой отец подтвердил, когда навещал меня в тюрьме.
— Но…
— Он сообщил, что моя женушка шпионила и воровала. Ты написала донос, обвиняющий меня в заговоре. Ты подкинула ложные улики в мастерскую. Я искал тебя с тайной надеждой растоптать, но ты, бесы подери, заявилась с ребенком.
Лорд Роберт подается вперед и смотрит на меня с испепеляющей ненавистью, смешанной с чем-то еще, и это «еще» буквально выворачивает его наизнанку. На секунду на его щеке появляется дорожка черной чешуи и тут же пропадает.
На ее месте остаются мелкие царапины.
Лорд Роберт, успокоившись, утирает пальцем кровь и зло хмыкает.
— Ради Эрика я тебя не трону. Пусть подрастет немного, а потом вытурю тебя без ничего, — заключает он и смотрит мне в глаза, прекрасно считывая мою растерянность.
Но она длится недолго.
— Так у вас нет прямых доказательств против меня, только косвенные, — произношу задумчиво.
— Это уже не имеет значения. Сейчас же можешь идти. Я хочу, чтобы ты оставалась прислугой при Эрике.
Дверь раскрывается и вваливается мисс Сайш, по-видимому, подслушивавшая.
Лицо раскраснелось, вид торжествующий.
— Лилия Кайен поступает в полное твое распоряжение, Сюзан, — произносит лорд Роберт и щелкает пальцами. — К моему же сыну проявлять почтение и относиться как к хозяину дома.
Последние слова немного портят настроение мисс Сайш, но она все же поднимает голову и улыбается.
Я гордо выхожу в коридор. У Роберта нет против меня ничего конкретного. Драгоценностей при мне не нашли. Он их собирал по ломбардам, а я везде появлялась в плаще и скрыв лицо.
Самое же обнадеживающее то, что папаши Лилиан больше нет, значит, замок — мой.
— В шесть чтобы была на кухне, — тянет экономка, но я игнорирую ее и направляюсь прямо в северное крыло.
Мисс Сайш семенит за мной, а в вестибюле я вижу картину, которая мне очень не нравится.
Из сада возвращается Кристина, дочь экономки. Она с самодовольным и радостным видом несет лошадку — подарок Роберта Эрику.
