Беглец

Далеко не всегда можно заменить человека дроидом. Среди рудокопов сегодня слишком много новичков, так что работы по горло.

– Но я направлял сюда Леднева в качестве наказания для отбытия очередного наряда на работу.

– Секунду. – Райен сверился с записями на своем персональном искине и отрицательно покачал головой. – Согласно моим отметкам он только дважды работал здесь в качестве наказания. Все остальное время – просто по твоему приказу.

– Да быть того не может. Леднев!

– Я, господин сержант!

Андрей чертиком выскочил из-под капота и вытянулся перед начальством в струнку.

Грудь колесом, подбородок приподнят, взгляд пожирает воображаемую кокарду на лбу командира. Вид молодцеватый и придурковатый, свидетельствующий о готовности мгновенно выполнить любую команду начальства.

– Что это значит?

– Прошу прощения, господин сержант, я не понимаю вопроса, – громко и четко произнес пилот.

– Отчего по прибытии к главному механику ты не докладывал ему, что отбываешь наряды на работу.

– Но вы только дважды наказывали меня, господин сержант.

Во всех остальных случаях просто приказывали поступать в полное распоряжение главного механика Райена, – все так же громко, четко и вытягиваясь в струнку, доложил он.

– Ты смеешь врать мне?

– Никак нет, господин сержант. Вы можете все сами проверить. Алена, доступ сержанту Бранту к файлу «Механик».

Алена – это его персональный искин. Женский голос куда приятнее для восприятия.

Сержант какое-то время изучал записи, все больше мрачнея. Этот наглый русский в первый же день получил серьезное взыскание.

Признаться, командир эскадрильи откровенно удивился подобной жесткости, но не стал отменять решение Бранта.

Андрей продолжал вести себя вызывающе. Вернее, подчеркнуто официально, причем в лучших традициях голливудских фильмов. Если коротко, то его общение с сержантом свелось к «так точно», «никак нет», «не могу знать» и далее по списку. Только тупица не усмотрел бы в этом издевательство, а Брант тупицей не был. Тип с завышенной самооценкой, стремящийся всем и каждому показать свою значимость, – это да.

Но не дурак.

Подоплека подобного поведения сержанта стала Ледневу понятна, когда он узнал, что парнишке всего лишь двадцать один год. Ни о чем подобном Андрею слышать пока не доводилось. Но ведь всегда есть исключения."

"Этого американского паренька забрали с Земли в четырнадцатилетнем возрасте. Вербовщик пожалел молодого человека, у которого обнаружилась неоперабельная опухоль головного мозга, и подделал его возраст.