То, что отец внимательно выслушал его, давало надежду на… жизнь, как это не ужасно звучит.
Я внимательнее присмотрелась к стражам. Оба были в чёрной форме с красными нашивками на воротниках.
— Натали, это Уильям Вэлинг, — отец указал на первого стража. Лет шестидесяти, жилистый, седовласый с острым взглядом водянисто-голубых глаз. — И Адам Уитхем.
Второй страж был ровесником отца. Подтянутым, статным, с коротким ёжиком тёмных волос и карими глазами, под которыми пролегли отчётливые тёмные круги, словно он не спал несколько ночей
Оба командующих рассматривали меня цепко, внимательно.
— Добрый день. Натали Лэнг, — я поднялась с дивана. — Надеюсь, теперь мне объяснят, что происходит.
— И нам бы хотелось это знать, — Вэлинг коротко улыбнулся. — Сегодня ты убила демона.
— Нет, — медленно мотнула головой, скрестив руки на груди. — Я убила человека, который угрожал моей семье. Мне всё равно как вы его называете.
— Но ты убила именно демона. Он не человек, Натали. Выстрелила из оружия стража, — включился в разговор Уитхем.
— Кто такие демоны? И почему вы называете себя стражами?
Мужчины многозначительно переглянулись. Будто не верили моим словам.
— Есть теория о том, что вселённые могут перенимать память поглощённых, — Вэлинг смотрел на отца вопросительно.
— Но не подделать человека. Я узнаю свою дочь.
— Не называй меня дочерью, — ответила раньше, чем подумала. — Для меня всё просто. На меня напали — я защищалась. И готова ответить перед законом за свои действия. Но я бы с семьёй желала вернуться домой.
— Это невозможно, — отрезал отец, разозлённый моим ответом. — Ты привлечёшь опасность своей энергией.
Его слова прозвучали как приговор. Ведь успела забыть, по какой причине мы покинули дом. Я стала опасна для своей семьи.
— Вы не можете меня удерживать! — возмутилась под действием чувства противоречия.
Просто не могла поверить, что моя жизнь медленно заходит в тупик.
— Мы многое можем, девочка, — приглушённо ответил Вэлинг.
— Ты жива лишь потому что мы не знаем, кто ты, — возразил Уитхем почти одновременно с ним.
— Как это не знаете? — мама вскочила с дивана. Глаза её пылали, а кулаки до побеления сжимались в кулаки. — Она моя дочь. Человек. Вы должны защищать людей!"
"Она громко всхлипнула. По щекам матери полились слёзы. Не выдержав этого зрелища, отец отвёл взгляд. Мужчины смутились, не зная, что ответить.
— Брюс, — вперила взгляд в отца, — объясни мне, что происходит.
— Я поясню, — вместо него ответил Уитхем.
