— Ты объяснишь, что задумала? — потребовал ответа Юджин, но тут на дорожке, ведущей к зданиям штаб-квартиры нам встретился страж.
— Натали Лэнг, студентка академии, — сразу отрапортовала я, раньше, чем он задал вопрос. — Юджин ведёт меня в госпиталь, — и продемонстрировала «окровавленный» изгиб ладони, к которому прижимала носовой платок.
Мужчина глядел с сомнением, но согласился нас проводить. По пути даже связался с госпиталем, чтобы нас встретили.
— Что случилось? — поинтересовался он, косясь взглядом на мою руку.
— Хотела покончить с собой, — театрально вздохнула. — Но тут Юджин появился. Стал уверять, что впереди много всего хорошего. Ну, например, новая коллекция Dolche & Gabbana.
Бедняга Юджин даже рот приоткрыл от изумления. Благо, страж этого не видел, потому что в этот момент смотрел на меня как на ненормальную и ждал, что я заявлю, что пошутила. Но опровергать свой маленький экспромт я, само собой, не собиралась. Лишь морщилась от громкого хохота в голове."
"В фойе госпиталя нас встретил мужчина во врачебной форме синего цвета.
Внутри пахло лекарствами и царила тишина. Лампы дневного света, отделка в металле и белом цвете создавали ощущение стерильности. На этом наш провожатый с чувством выполненного долга ушёл. Зато теперь нами вплотную занялся врач. Отвёл в смотровую на первом этаже, свернув от фойе направо в длинный коридор. Когда я заявила, что кровь не течёт, он весьма кстати, отправился в соседнюю комнату за бинтами. Пользуясь этой минутной заминкой, я схватила Юджина за руку и уволокла обратно в коридор.
— Что ты творишь, Натали? — прошипел он.
— А ты до сих пор не понял? Проводится операция по спасению твоей мамы. Живо веди в её палату.
Юджин приоткрыл рот от изумления. В карих глазах вспыхнули неверие и отчаянная надежда.
— Ты, правда, можешь помочь ей?
— Живо, я сказала.
Коротко кивнув, Юджин уже бегом устремился к находящейся в конце коридора лестничной площадке. Мы поднялись на этаж выше. Оттуда он провёл меня в одну из палат.
Одноместная, она тонула в солнечном свете, проникающем через открытое окно. Женщина лежала без сознания. Чёрные волосы создавали ореол вокруг её бледного с синевой лица. Кровать окружал голубоватый полупрозрачный барьер, создаваемый расположенными вокруг четырьмя продолговатыми лампами в металлическом защитном корпусе.
— Что вы здесь делаете? — видимо кто-то из врачей нас заметил и теперь влетел в палату, намереваясь остановить возможную диверсию.
