Неужели его имя вообще никогда не перестанут упоминать? Неужели они с девушкой действительно знали друг друга? Прямо наваждение какое-то, от которого нигде не скрыться.
– Спасибо, Клинт. – Тон Ньюта не оставлял сомнений в том, что присутствие медаков больше не требуется. – Напишешь подробный отчет обо всем, хорошо?
– Сделаю.
Клинт кивнул обоим посетителям и вышел из комнаты.
– Тащи сюда стул, – сказал Ньют, присаживаясь на край кровати.
Томас облегченно отметил, что Ньют пока не перешел к откровенным обвинениям.
Он выдвинул из-под стола стул, поставил его у изголовья кровати и сел, наклонившись вперед, чтобы рассмотреть лицо девушки повнимательнее.
– Что-нибудь припоминаешь? – спросил Ньют. – Хоть что-нибудь?
Томас не ответил и продолжал всматриваться в лицо девушки, силясь разрушить невидимый барьер в мозгу и отыскать ее в своем прошлом. Юноша мысленно вернулся к тому моменту, когда ее извлекли из Ящика и она на короткий миг открыла глаза. Темно-синие глаза, такого насыщенного оттенка, какого он больше ни у кого никогда не видел.
Он попытался совместить два образа воедино, представить те глаза на лице спящей. Черные волосы, жемчужно-белая кожа, полные губы… Томас снова поразился необыкновенной красоте девушки.
И вдруг где-то в самом дальнем закоулке памяти как будто что-то всколыхнулось – еле ощутимый трепет крыльев в темном углу, невидимый, но все-таки реальный. Ощущение длилось лишь миг и сразу растворилось в недрах потерянной памяти.
Но Томас действительно что-то почувствовал!
– Я и правда знаю ее, – прошептал он, откидываясь на спинку стула.
У него словно камень с души свалился, когда произнес это вслух.
Ньют встал.
– Правда? И кто же она?
– Без понятия. Но в мозгу что-то щелкнуло – где-то я с ней пересекался.
Томас потер глаза, раздраженный неспособностью ухватиться за воспоминание.
– Отлично, тогда продолжай думать, не теряй зацепку. Сконцентрируйся, черт возьми.
– Да пытаюсь я, пытаюсь! Помолчи.
Томас закрыл глаза и попытался увидеть ее лицо в черной пустоте. Кто она? – подумал юноша и осознал всю абсурдность вопроса – он и про себя-то ничего не знает.
Томас подался вперед на стуле и глубоко вздохнул, затем посмотрел на Ньюта, сокрушенно качая головой.
– Я просто не…
– Тереза.
Томас подскочил как ошпаренный, повалив стул на пол, и испуганно стал озираться по сторонам. Ему почудилось…
– В чем дело? – спросил Ньют.
