Бегуны уже проверили всю левую часть пропасти, истратив добрую половину припасенных «снарядов», но так и не заметили ничего необычного. Как он мог поверить в существование скрытого выхода? Томас мысленно обругал себя за наивность.
И тут произошло невероятное: камень, брошенный Минхо, пропал. Большой обломок стены, извлеченный ими из трещины, полетел вперед, почти в центр пропасти, начал падать к земле, а затем вдруг исчез, словно канул в воду.
Бесследно пропал, пролетев лишь какую-то секунду.
Томас потерял дар речи – такого странного зрелища он еще не видел.
– Как мы могли этого не заметить?! – воскликнул Минхо. – И раньше ведь бросали с Обрыва всякое барахло, но никогда не видели, чтобы что-то вот так исчезало. Ни разу.
У Томаса пересохло в горле. Он кашлянул.
– Давай-ка еще раз попробуем. Вдруг мы оба моргнули?
Минхо повторил эксперимент, бросив камень в ту же самую точку – тот снова внезапно исчез, словно растворился в пространстве.
– Наверное, в прошлый раз вы невнимательно смотрели, – предположил Томас.
– Когда не ожидаешь, что что-то может произойти на самом деле, то не присматриваешься особо, поэтому оно и ускользает.
Они продолжали бросать оставшиеся камни с Обрыва, дюйм за дюймом удаляясь в стороны от той точки, где исчез первый обломок. К немалому удивлению Томаса, площадь участка, в котором пропадали предметы, не превышала нескольких футов.
– Неудивительно, что мы не замечали его, – сказал Минхо, лихорадочно зарисовывая в блокноте невидимое отверстие и делая пометки о его размерах.
– Довольно маленький проход…
– Гриверы едва протискиваются в такую дыру. – Томас не сводил глаз с участка в небе, где находился невидимый портал, пытаясь впечатать в память точное местоположение прохода и расстояние до него. – Когда они вылезают, то, наверное, балансируют на краю дыры, а потом прыгают через пропасть прямо на край Обрыва. Тут довольно близко. Даже я смог бы прыгнуть на такое расстояние, а они тем более.
Минхо завершил набросок и поглядел на загадочную прореху в небе.
– Как такое возможно, чувак? Что мы вообще перед собой видим?
– Как ты и говорил, тут нет никакого волшебства.
Всего лишь результат работы того самого механизма, который сделал небо серым. Выход скрыт чем-то вроде оптической иллюзии или голограммы. Все в этом месте наизнанку.
И «чертовски круто», вынужден был признать Томас. Хотелось бы ему понять, какие высокие технологии стоят за всеми странностями, которые тут творятся.
– Ага, что наизнанку – то наизнанку. Пойдем.
