Онлайн-библиотека книг
И сделал частицей себя. Понимаете?
— Кажется…
— Африка — это другой мир, — сказал Леон. — Другое измерение. Другая Вселенная. Знали бы вы, чего здесь можно насмотреться и что узнать, четверть века болтаясь по здешней глуши… Я вам этого просто не могу объяснить словами европейского языка. Колдовство, магия, чары — это всего-навсего неуклюжие синонимы, не передающие сути понятий. Все невероятно сложнее. Так что поверьте на слово. Я чую, как надвигается что-то чертовски скверное. Все вроде бы спокойно, но в воздухе что-то такое висит… Как перед грозой.
— Ну почему же, — медленно сказал Мазур, — конечно, это звучит чуть странновато, мистикой отдает, но я уже давненько болтаюсь по свету, и не все, с чем сталкивался, имело материалистическое объяснение…
— Значит, можно сказать, что мы договорились?
Мазур, глядя ему в глаза, сказал твердо:
— У меня приказ: охранять президента…
— Пока он жив?
Мазур сделал легкую гримасу, которую можно было истолковать на сто ладов.
— Ну вот, — сказал Леон. — А у меня контракт — охранять президента, пока он жив.
«Это не провокация, — подумал Мазур. Даже если сукин кот пишет наш разговор — неважно для кого, — я не произнес ни словечка, которое можно обернуть против меня, я просто слушал его пьяную болтовню. А если он искренен… Если он искренен, идея недурна. Толпой и батьку бить легче…»
Леон напряженно смотрел ему в глаза, и Мазур едва заметно кивнул — всего-то чуть-чуть опустил голову, опустил веки.
И видел, что бельгийцу этого хватило — на его продубленной физиономии появилась нешуточная радость.
Глава четвертая
Невольница и и сахиб
— Вот такие у них мистические предчувствия, — сказал Мазур. — Что у Леона, что у Мтанги. И вот лично я не спешил бы всем этим пренебрегать как упадочной мистикой. Всякое бывало.
— Сам знаю, — буркнул Лаврик. — Ты меня за мистику не агитируй.
