Белая сирень

«Хорошо, хоть эту оставила!» – девушка с горечью огляделась. Да пусть бы она сгорела, эта ненавистная квартира! Олю душили слёзы. Но нет, тётка решила спалить ресторан, прикрывая свои делишки ради любовника. Только заплатить пришлось ей. И Марине.

Интересно, когда перекочевало тёткино имущество в квартиру Мезенцевых? Оля уже не сомневалась, что вещи, которые показались ей знакомыми, действительно принадлежали Валентине. Не побрезговали…

А она ещё думала, переживала, страдала от мысли, что может предать Сергея.

Разве это не он предал её? Может оно и к лучшему? То, что случилось? Может, судьба была права, ведя запутанными тропами, к пониманию каких-то важных вещей?

Вот и Павел, брат Полины, сейчас на таком перепутье. Оплакивая сестру, не может смириться с утратой, поэтому обвиняет её, Полину, в том, что произошло. Избавляясь от фотографии, он всего лишь пытается повернуть время вспять хотя бы в своих воспоминаниях. Каждый справляется со своей болью по-своему.

«Хорошо, значит, я действительно эгоистка», – глаза Ольги высохли.

"

"Она достала из сумки косметичку. Расчесала волосы, соорудив на голове подобие причёски. Основательно замазала синяки на лице гримом, радуясь, что навыки не пропали даром. Совершенной внешности, конечно, не получилось, но на улицу вполне можно было выйти.

Перед глазами возникла другая картинка на страничке Артёма – веер и чёрная маска.

«Вы можете придать её словам

Улыбку, взор, какие вам угодно…»

Оля тяжело вздохнула. Он устал её ждать…

До больницы дошла, когда на часах было около трёх дня.

Время посещения было в самом разгаре. Оля села на лавочку недалеко от входа, рассматривая посетителей. Не хотелось нос к носу столкнуться с Булькой. Она заметила Вовку, когда тот пулей выскочил из двери и тут же полез на дерево, которое стояло напротив приёмного покоя. Медсестра в окне, увидев мальчишку, стала грозить ему пальцем и стучать в стекло. Но Вовку это, похоже, только развеселило.

Таня степенно вышла из отделения и, выпятив грудь, направилась прочь.

Вовка, повисев какое-то время между двух толстых веток, спрыгнул вниз. Хорошенько вывалявшись в пыли, он несколько раз подпрыгнул, пытаясь сорвать ветку подлиннее и, только убедившись в невозможности это сделать, побежал вслед за матерью.

Оля опустила голову, сжав кулаки. Принять решение было невыносимо трудно. Если она расскажет всё о Мезенцеве следователю, то мир Бульки и Вовки рухнет. Булька права, когда обвиняет Олю во всех смертных грехах.